— Передайте экстренное требование всем СИДам прибыть к «Гордости». Я возьму столько, сколько смогу, пока ангары и отсеки для челноков не наполнятся. В тот же миг мы выйдем из сражения и отступим, коммандер Тонив.
— Какая скорость, сэр?
— Одна четвертная, коммандер.
— Четверть скорости, сэр?
— Вы слышали меня.
— Есть, сэр!
Фел приказал идти на такой до смешного низкой скорости, чтобы дать возможность как можно большему количеству истребителей оказаться внутри его корабля. Технически он не ослушался приказа — Гриланкс не подумал указать скорость, — но по сути он его нарушал. Честно говоря, в данный момент Фелу было абсолютно наплевать на приказы. Он не собирался бросать пилотов истребителей!
Пять минут спустя ангары были заполнены двенадцатью истребителями и еще три расположились в отсеке для челноков. Радары показывали, что поблизости больше нет истребителей, которые можно было бы подобрать, так что Фел приказал перевести «Гордость» на полную скорость, чтобы догнать остальную эскадру.
Через минуту над панелью коммуникатора материализовалась маленькая голограмма адмирала Гриланкса.
— Капитан Фел!
Фелу не пришлось прилагать усилий, чтобы оставаться внешне спокойным. Он все еще был слишком зол, чтобы волноваться.
— Да, адмирал?
— Вы намеренно ослушались моего приказа!
— Я подобрал наши истребители, адмирал. И их пилотов. Я посчитал это... важным.
Гриланкс рассвирепел:
— Капитан, это решение могло стоить вам команды. Я не премину отразить это в своем докладе.
Фел сглотнул, но взгляд не отвел.
— А я, разумеется, сделаю свой доклад, — сказал он. — И я намереваюсь изложить все факты, имевшие место в этом сражении, как я их видел.
Гриланкс пригвоздил Фела тяжелым взглядом. Ни один из них не отвел глаз.
В конце концов адмирал кивнул:
— Как пожелаете, капитан.
Крошечное изображение исчезло. Сунтир Фел упал в кресло, борясь с желанием обхватить голову руками. Стоили ли жизни этих пилотов истребителей его карьеры?
Вполне возможно, что он Вот-вот это узнает. Фел вздохнул. Какая же порой сложная штука жизнь. Потом ему в голову пришла мысль, которая подняла его дух: «По крайней мере, мне не пришлось выполнять приказ „База-дельта-ноль“... А это тоже кое-чего стоит».
Через двадцать четыре часа после того, как «Брия» почти благополучно совершила посадку на Нар-Шаддаа (если не считать правой пушки и кормового щита, повреждений не было), на посадочной платформе возле опущенного трапа «Фантазия» встретились Хан и Заверри. Чубакка и Салла Зенд тоже присутствовали, но отошли в сторону, чтобы дать друзьям попрощаться без помех.
Хан смотрел на иллюзионистку, которая вновь нарядилась в прежние цветастые одеяния, и качал головой.
Ненавижу прощаться, — жалко выдавил он. — Никогда не мог придумать нужных слов, а сейчас... вообще полный мрак. Как мне отблагодарить тебя, Заверри? Твоя иллюзия спасла нас. Без тебя ничего бы не вышло.
Волшебница улыбалась, ее темные глаза были полны веселья.
— Эй, Соло, сколько раз повторять, что за все кредиты Галактики не пропустила бы такого спектакля. Жаль только, что нельзя было оказаться на мостике у кого-нибудь из им перцев, — люблю знать реакцию зрителей.
Кореллианин хохотнул:
— Они удивились, это уж наверняка!
Хан безо всякой мысли взял Заверри за руку, а через секунду неистово обнимал женщину.
— Я буду скучать, — пробормотал он, уткнувшись носом в пышные волосы Заверри. — Только-только решил, что научился жить без тебя, и вот опять все сначала. Так нечестно.
Когда Соло сумел отодвинуться, то немедленно заработал крепкий поцелуй.
— Не дергайся. — Заверри улыбнулась. — Салла не будет возражать. Она классная девочка.
— Точно, — согласился кореллианин. — У нас с ней мозги одинаковые.
Иллюзионистка кивнула:
— Надеюсь, вы оба будете счастливы, Соло. Берегите друг друга, хорошо?
Хан тоже кивнул:
— Ты тоже не нарывайся.
— Не буду, Соло. Не забывай меня.
— Тебя забудешь, как же... — У Хана сдавило горло. — Я не сумею.
Он разжал руки. Заверри взбежала по трапу и ни разу не оглянулась.
Через три дня после битвы при Нар-Шаддаа, как вскоре ее начали называть, Хан, Чубакка, Салла и Лэндо Калриссиан получили приглашение на свадьбу Роа. Благодаря длительному купанию в бакта-камере жених тоже сумел на ней присутствовать, а невеста так просто светилась в новом платье. Слух о том, кто именно сыграл немаловажную роль в обороне Нар-Шаддаа, облетел всю Луну, и Хан с друзьями оказались на вечеринке почетными гостями. Они пили вволю, пробовали закуски, пожимали руки всем желающим, принимали поздравления и так далее.
Лэндо протолкался к смущенному, как положено жениху, Роа и обнял его за плечи:
— Я так понимаю, что одним из условий свадьбы был отход от дел, не так ли?
— Верно.
— Что ж, значит, тебе понадобится честный заработок. Хочешь поработать на меня?
— А что делать-то?
Калриссиан сверкнул белоснежными зубами:
