Джаред тоже не скучал, в лице старшего брата Таиши он нашел достойного собеседника. Кажется, сейчас они уже договаривались о каком-то совместном деле… Каюсь, из разговора мужчин я мало что поняла, так как слушала вполуха. Да и не боялась я, что Джад проговорится, все-таки опыт в торговых делах у него немалый. Другое дело Эрайн и Таиша, за ними нужен глаз да глаз…
Я так увлеклась наблюдением за этой парочкой, что чуть не пропустила момент, когда настала наша очередь проходить под аркой.
Сначала под аркой величаво проплыла Таиша, следом за своей спутницей прошел Эрайн, а затем под арку нырнул Ален…
Выкинула все мысли из головы и смело ступила под арку. Шаг, другой, третий. Никто ничего не кричит, не бежит мне наперерез, не хочет остановить.
Я сделала это. Я прошла! И проклятая магическая конструкция красным не загорелась!
Эта выдумка лийских магов вообще ни на одного из моих спутников не отреагировала.
Где-то на середине моста я остановилась, замерла. Отсюда и город, и Королевский остров смотрелись по-другому, сказочно как-то, волшебно. Город полыхал разноцветными огнями, со всех сторон лилась веселая музыка, слышались радостные выкрики народа… На деревьях островного парка висели фонари, мерцающие призрачным, голубым светом. Этим же необычным, каким-то потусторонним светом был подсвечен и королевский дворец. Впрочем, сам дворец с этого ракурса еще толком было не рассмотреть, его скрывали деревья. Виднелась только одна башня — Часовая.
Хэйгэ не могли долго обходиться без воды, а потому они старались далеко не удаляться от водоемов, никогда не селились в горах или на холмах, не строили дома выше трех этажей. В этом отношении королевский дворец являлся исключением, так как Часовая башня была самым высоким зданием в городе. Хотя, по слухам, сам король на башню ни разу не поднимался.
Эрайн и Таиша успели уйти далеко вперед, Джаред вместе с компанией торговцев и их жен меня тоже обогнал. Лишь Ален, как и я, стоял посреди моста и с грустью смотрел на остров.
— Ты как? — спросила я орол’шай.
— Не думал, что когда-нибудь сюда вернулась, — тихо произнес ташэ.
А я не думала, что когда-то увижу на лице Алена хотя бы какие-то эмоции. Так привыкла к безразличному состоянию ташэ, что мне и в голову не пришло насколько Алену тяжело вернуться на остров, где он столько лет был рабом, терпел издевательства и насмешки.
— Ты справишься. Я в тебя верю, — легонько сжала плечо орол’шай.
— Эй, вы! Проходите! Здесь нельзя стоять, — крикнул нам один из прогуливающихся по мосту стражников.
— Пойдем, — я взяла ташэ за руку. — Все будет хорошо.
Мы прошли по мосту, затем по извилистой дороге и вышли на большую площадь, которая располагалась прямо перед воротами в королевский дворец. Здесь собралось уже довольно-таки много народа. Я, все также удерживая на буксире Алена, протолкалась через толпу к Джареду и Эрайну. Непохоже, что кто-то из мужчин заметил наше с Аленом отсутствие. И полувампир, и эльф были крайне увлечены беседой со своими новыми знакомыми.
Народ на площадь все прибывал и прибывал. Вскоре уже и ступить некуда стало. Наконец, за четверть часа до полуночи, лийцев перестали пускать на Королевский остров. Потянулось томительное ожидание. В толпе было тесно и жарко. От обилия всевозможных запахов, которыми щедро приправили себя торговцы, госслужащие и небогатые помещики, чесался нос. Я уже все губы искусала, силясь побороть желание чихнуть.
Наконец часы на башне отбили двенадцать ударов. На широкий балкон, нависающий над закрытыми воротами, величаво вышло полтора десятка вельмож и сам король. Правитель хэйгэ тут же разразился приветственной речью своему народу…
В то, что говорил Эаган XIII, я особенно не вслушивалась. Кажется, то были какие-то самовосхваления и поздравления, всякая божественная чушь и рассказ о том, как они хорошо отпразднуют Рауган (при этом сам король вовсе не собирался провести эту ночь с простыми смертными, во дворце намечалась вечеринка для избранных лийцев). Я с любопытством рассматривала самого Эагана и окружающих его существ.
Из четырнадцати лийцев, считая самого короля, лишь трое были людьми, остальные хэйгэ. Трое человеческих мужчин носили пышные, украшенные кружевами и драгоценными камнями одежды и широкополые шляпы с длинными, пышными перьями. Из одежды на мужчинах хэйгэ наличествовали все также лишь набедренные повязки, но грудь каждого из них перехватывали перевязи с орденами. Четыре хэйганки были замотаны в дорогую, расшитую драгоценными каменьями ткань, а их руки и ноги практически не сгибались из-за обилия тяжелых золотых браслетов.
Сам король разочаровал. Помимо набедренной повязки на нем был еще короткий, подбитый мехом плащик. Перевязей на груди у Эагана было аж две, на одну все ордена и медали просто не поместились. Рыбью голову короля украшал золотой венец с крупным изумрудом посередине — размером и формой камень напоминал мой Кристалл. Я почти не сомневалась, что это именно тот камушек, который нам нужен — по словам рэйи Арелины, уже около тысячи лет древний артефакт украшал корону правителя Лии.
