– Хорошо, только не говорите никому о моем рассказе. Я лично считаю, что вы должны знать, но они меня в порошок сотрут. Вечно у них какие-то секреты. Так вот, это произошло, когда вы были в трансе…
– В трансе?
– Я хочу сказать, когда вы спали. Вы говорили во сне. И сказали, что вас ударили молотком. Нам известно, что этим молотком кого-то ударили, так что ничего нового мы не узнали… Правда, у меня свое мнение на этот счет. Но что толку говорить, когда они все знают лучше меня.
Хопкинс пожал плечами.
– Темная история. Но вы не беспокойтесь. Если что, я о вас позабочусь.
Он взглянул на девушку – интересно, как она воспримет это предложение? Но ее хмурый вид не сулил никаких перспектив.
– Нет, уж лучше сама о себе позабочусь.
– Если сможете.
– Смогу. Мне не привыкать. Как-нибудь обойдусь без вашей помощи.
– Похоже, вы на меня все еще сердитесь, – помрачнел Хопкинс.
Что-то в выражении его лица заставило ее «почувствовать себя свиньей», как позже она выразилась в своем дневнике.
– И не думаю даже! Не забивайте себе голову всякими глупостями.
Хопкинс просиял.
Через несколько минут к ним присоединились Молтби с Дэвидом. Мистер Хопкинс был явно не в восторге, но не подал виду, чтобы не впасть в немилость. Он решил, что поддерживать дух товарищества – самый верный способ добиться благосклонности Джесси. Только так она поймет, что была к нему несправедлива.
– Ну, как дела? – спросил он. – Все в порядке?
– Вы переоцениваете наше благополучие, – ответил мистер Молтби.
– Ах вот оно что! Но новые неприятности, надеюсь, нам не грозят?
Мистер Хопкинс рассчитывал, что Джесси заметит, как ловко он парирует ехидные замечания старика.
– По моим оценкам, грозят, и весьма значительные. Однако мистер Стрейндж спит, и это уже хорошо. А мисс Стрейндж скоро спустится.
– Зачем? – удивился Хопкинс. – Я думал, она уже в постели.
– Вряд ли кто-нибудь думает о постели этой ночью, конечно, за исключением больных и изможденных.
– Она поведает нам свою историю, – объяснил Дэвид. – Ей есть о чем рассказать.
– Понятно, – пробурчал Хопкинс. – Так, значит, вам она ничего не сообщила?
– Только кое-какие отрывочные сведения.
– Но мы еще не слышали о ваших похождениях, – заметил мистер Молтби. – Самое время рассказать о них, мистер Кэррингтон.
– Согласен, сэр. Здесь или в столовой?
Джесси перехватила взгляд, который он бросил в ее сторону.
– Здесь, – распорядилась она. – Когда вы наконец поймете, что самое страшное – это неизвестность? Я знаю больше, чем вам кажется, – и про молоток тоже!
Мистер Хопкинс помрачнел, но Джесси быстро пришла ему на помощь:
– Это я заставила мистера Хопкинса обо всем рассказать. Буквально выудила из него!
«Классная девчонка! – подумал мистер Хопкинс, с благодарностью приняв эту ложь. – Надо будет ее отблагодарить».
– В таком случае остаемся здесь, – принял решение мистер Молтби. – И, пожалуйста, не упускайте ни одной детали, какими бы незначительными они вам ни казались. Важна каждая мелочь. Итак, вы вышли из дома… – Он посмотрел на часы. – О, с Рождеством вас, уважаемые! Итак, ровно час и сорок три минуты назад вы, мистер Кэрригтон, вылезли в заднее окно – и что же было дальше?
Дэвид рассказал о своих приключениях. Памятуя о просьбе мистера Молтби, он описал их очень подробно, приводя факты и свои комментарии к ним. Особенно детально он остановился на следах, указав их характер, состояние и направление. И только одну подробность он постарался опустить – зловещий сугроб, встретившийся ему по дороге. К счастью, мистер Молтби на этом не настаивал.
Когда Дэвид закончил, старик сделал пару кругов по ковру, после чего спросил:
– Вас не затруднит еще раз описать все эти следы, чтобы я мог лучше их запомнить?
Дэвид с готовностью откликнулся на его просьбу.
– Благодарю вас. Так вы считаете, что менее четкие следы были оставлены Смитом, а более свежие и отчетливые – кем-то другим, возможно, одним из тех двоих, кого я видел удаляющимися от дома?
– Да. И теперь мы точно знаем, что ими были не мистер Стрейндж с дочерью.
– Верно. И это Смит прошел мимо их застрявшей машины?
– По всей вероятности.
– «По всей вероятности» еще не означает «наверняка», но на данный момент примем такую версию. А тот другой человек не дошел до машины Стрейнджей, а свернул у развилки влево?
– Совершенно верно.
– Значит, он не знал, что там дальше застряла машина, в которой сидели мистер и мисс Стрейндж. Возможно, это не имеет никакого значения, но, может быть, и наоборот – этот факт окажется чрезвычайно важным.
Немного помолчав, Молтби продолжал:
– Одного я не понимаю: зачем один из замеченной мной парочки – это мог быть Шоу или кто-то другой – оставался где-то по соседству в течение шести часов. Причем после того, как уронил тот самый молоток.
– Он…
– Или она, – перебил мистер Молтби. – Избегайте стереотипов.
– Он или она могли искать молоток.
– Или что-то другое.
– Я об этом тоже думал.
– И они могут искать его до сих пор.
– Но он – или она – за это время могли уйти довольно далеко.
