– Если подбросить публике хорошую статью, то разве ей не будет плевать?
– Чертовски хороший ответ! – воскликнул Пратт. – Вставь его в автобиографию. Кстати, ты слышал про лошадь Чейтера? Она прибежала домой без седока.
Когда лорд Эйвлинг заглянул в свою розово-кремовую гостиную, там привычно позвякивали желтые чашки. За чаем сидели шестеро. Отсутствие седьмого заставило Эйвлинга скрыться, прежде чем его заметили. Вернувшись в холл, он поднялся по лестнице, миновал свою спальню и еще две двери. Затем он в нерешительности остановился.
Дверь, перед которой он стоял, вдруг открылась. Он готов был испытать чувство вины, но при виде горничной Бесси облегченно перевел дух.
– Мисс Уайлдинг пьет чай в своей комнате? – спросил он.
– Да, милорд, я только что принесла ей поднос.
– Спросите ее, не сможет ли она на минуту подойти к двери, – попросил он. – Скажите, это важно. – Горничная собиралась выполнить просьбу, и Эйвлинг добавил ей вдогонку, чтобы не упасть в ее глазах: – Случилась неприятность, вы тоже скоро узнаете о ней.
Бесси исчезла, но почти сразу появилась опять.
– Мисс Уайлдинг сейчас выйдет, милорд, – доложила она и, немного помявшись, осмелилась спросить: – Он сильно пострадал, сэр?
Лорд Эйвлинг пристально посмотрел на горничную:
– Вы знаете, кто это?
Бесси покраснела от смущения:
– Простите мое любопытство, милорд, просто я слышала, что лошадь…
– Это была лошадь мистера Чейтера! – перебил Эйвлинг, торопясь от нее избавиться. – Речь не о нем.
Дверь спальни снова открылась, и горничная исчезла. Перед ним предстала Зена Уайлдинг в зеленом шелковом пеньюаре. Без молодящего грима она была бледна и выглядела хрупкой. Эйвлинга окатило волной глубокого сочувствия.
– Прошу прощения за беспокойство… – вкрадчиво начал он.
– Ничего страшного, – ответила Зена. – Просто голова заболела, вот я и решила не спускаться до ужина.
– Вы утомились за день.
– Глупо, да? Я давно не ездила верхом, потому и… Надеюсь, все… Ничего не случилось? – Он колебался с ответом, и на ее лице появилось выражение тревоги. – Что-то произошло вчера ночью? – прошептала Зена.
Видя ее волнение, Эйвлинг забыл про свои переживания. Сочувствие к ней усилилось, а вместе с ним желание защитить, если ей требовалась защита. Накануне вечером он чувствовал себя ее ровесником, теперь же, хотя Зена выглядела лет на пять старше, чем тогда, испытывал к ней скорее отеческие чувства. Это его не только удивило, но и вызвало облегчение.
– Не вчера, – поспешил заверить он. – А за вчерашний вечер я хочу попросить у вас прощения.
– Прошу вас, не надо! – воскликнула Зена, выглядывая в длинный коридор. – Я не против. – Он предпочел бы пожалеть о ее словах, они покушались на его отеческие чувства. – О чем вы хотите поговорить?
– Боюсь, на невеселую тему. Только помните, если это создаст вам трудности – вряд ли, конечно, но вдруг? – то вы можете всецело рассчитывать на мою помощь.
– Продолжайте! Вы так добры ко мне!
– Дело вот в чем, мисс Уайлдинг. Случилась беда. Неподалеку отсюда в овраг упал человек. Мы достали его и положили в мастерской.
– Вы хотите сказать…
Он кивнул:
– Да. Когда мы его нашли, он уже был мертв. Увы, мы не знаем, кто это, хотя мистер Балтин… – Будь проклят этот бумагомарака! Конечно, его рассказ – дурацкое журналистское преувеличение! – Мистер Балтин предполагает, что двое-трое моих гостей знают его. Он назвал супругов Чейтеров и вас. Наверняка он ошибается. Этот человек был на станции, когда вы приехали туда вчера вечером, и, похоже, он…
Зена пошатнулась, но Эйвлинг успел поддержать ее. «Боже, – мелькнула у него мысль, – Балтин не ошибся!»
Те секунды, что он ее держал, показались ему часами. К счастью, коридор оставался пуст. Эйвлинг боролся с охватившими его эмоциями: страхом за нее, презрением к самому себе за постыдное удовольствие, какое раньше испытывал из-за зависимости Зены от него, смятением, как быть дальше. Он не знал, как поступить. Если она лишится чувств, придется на руках нести ее к ней в спальню…
Зена вдруг задрожала – казалось, штиль сменился легким бризом, и Эйвлинг с облегчением разжал пальцы, чувствуя, что она приходит в себя.
– Не спешите, – посоветовал он.
– Что-то я… Мне нехорошо… – пролепетала Зена.
– Вижу и понимаю. Вам лучше прилечь.
– Да, сейчас… Куда это годится – полуобморочное состояние от сообщения о несчастном случае!
Эйвлинг ждал. Вскоре Зена продолжила уже твердо:
– Помните, то же самое со мной случилось на охоте? Если бы я знала этого беднягу, то было бы иначе. Нет, я его не знаю. На станции находился какой-то человек странного вида, я даже решила, что он собирается вырвать у меня чемоданчик. Нет, мистер Балтин ошибается. Никогда в жизни не видела его. – В ее глазах мелькнул испуг. – Мертв? Боже! Вы же мне верите? Вы верите мне?!
Эйвлинг погладил ее по руке:
