— Я совершенно ничего не помню, ни кто я, ни где жила, есть ли у меня родные и что случилось, абсолютно ничего, — девушка посмотрела на Юлиана одним целым глазом.
За всё время у Юлиана первый раз дрогнуло сердце от какого-то предчувствия. Ему показалось, что девушка лукавит. «Но для чего, какой ей от этого прок?» подумал Юлиан. А девушка, поморщившись, откинулась на подушку и уставилась в потолок. Юлиан посидел немного и, тихо встав, оставил её одну. Пройдя к себе в кабинет, он сел за стол и постарался отыскать причину своего беспокойства, надёжно засевшего в сердце. Но ответа не находил. «Что за странность? Почему молчит мой разум? Эта девушка явно что-то скрывает, а я никак не могу понять что! И как мне поступить в этом случае? Ну, помогите же мне!» взмолился Юлиан. Но те, к кому он обращался, почему-то молчали. Доктор решил, что должен сделать всё от него зависящее, а там будет видно. «Раз провидение привело её к моему порогу, значит, я обязан выполнить свой долг врача» окончательно пришёл к выводу Юлиан взялся за дело.
Первое, что он решил предпринять, это было совершенно незнакомое, неизведанное для него. Когда-то, очень давно, блуждая по времени, он натолкнулся на исследования одного учёного, который открыл новое направление в медицине. Прочитав его труды и видя конечный результат, Юлиан пришёл в восторг. Но этот процесс был весьма трудоёмким и сначала сопровождался большим риском ошибок и трагических последствий. Потом конечно всё наладилось и встало на поток. Но, опять же, множество механизмов для совершения этого действия нельзя было перетащить из того времени сюда. И в Юлиане проснулся дух исследователя и практика. Он решил самостоятельно прийти к этому, по истине, волшебному факту превращения. Он взялся за дело с большим энтузиазмом. И его старания были вознаграждены сполна! Ему удалось из микроскопического кусочка кожи девушки вырастить целое полотно молодого нежного кожного покрова! Юлиан, как врач и исследователь, был на высоте! Он бродил по дому и, мурлыча что-то себе под нос, был весел и счастлив. Теперь нужно было приступить к практическому применению результата своего титанического труда. Он несколько раз побеседовал с девушкой об этом и назначил день Х для первого, пробного эксперимента. Девушка безоговорочно согласилась, ведь перспектива остаться уродиной её совсем не прельщала.
Перво-наперво, он пришил кусочек кожи на лоб девушке, чтобы проверить, не будет ли организм отторгать его. Несколько дней прошли в томительном ожидании. Но, сняв бинты, Юлиан сам себе захлопал в ладоши. Всё было идеально! Только тоненький шрам говорил о том, что положено начало настоящего чуда. Девушка весело смеялась и благодарила доктора. Он решил действовать постепенно, но она, он сам не понял как, убедила его нашить кожу сразу на все повреждённые участки. Юлиан пошёл на риск и несколько часов провёл в работе, подгоняя правую сторону под черты лица уцелевшей левой стороны. Что-то неуловимо знакомое мелькнуло в лице девушки, но Юлиан не заострил на этом внимания. «Всё потом, всё потом, сейчас надо молить провидение, чтобы всё получилось на „отлично“», — думал доктор. Когда последний стежок был сделан, он вытер пот со лба и устало опустился на стул рядом с кроватью девушки.
— Ну, вот и всё, прекрасно, замечательно, — сказал вслух Юлиан. Девушка дышала ровно и спокойно, она спала. Юлиан наложил повязку и вышел из комнаты. На следующее утро, когда он зашёл к своей подопечной, она уже сидела на кровати и, держа в руке маленькое зеркальце, пыталась заглянуть под повязку.
— Нет-нет-нет, даже не пытайтесь сделать этого, всё слишком тонко и зыбко, — закричал Баровский так, что девушка вздрогнула и отдёрнула руку, — не надо спешить, уверяю вас, всё превосходно. Скажу без ложной скромности, я — талант.
Юлиан улыбнулся и кивнул головой. Левый глаз и левый уголок губ девушки тоже дрогнули в улыбке и она захлопала в ладошки.
— Вы знаете, голубушка, я чувствую себя Пигмалионом и Франкенштейном одновременно, в наше время такое не удавалось ещё никому, — Юлиан сел на краешек кровати.
— А кто это? Я никогда не слышала этих имён, — девушка посмотрела на Юлиана.
— Один уже жил, он изваял из камня прекрасную девушку, назвал её Галатея, и так влюбился в неё, что, боги, смотря на его любовь, оживили камень, вдохнули в статую жизнь, а другой только будет жить, и однажды, сошьёт из останков нескольких людей, одного. Но, к сожалению, обе истории закончатся плачевно. Но это неважно, важно то, что мы с вами победили. А теперь нам надо набраться терпения и ждать, пока всё прирастёт и восстановиться. Отдыхайте, лучше поспите, сон — самое лучшее лекарство, а вечером я зайду, — Юлиан поклонился девушке и ушёл.