— Друг мой, ну что ж вы расстроились, разве можно так досадовать? Я отвечу на ваши вопросы, только смените своё огорчение на более приятные эмоции. Вы ничего не утратили, вспомните, как увидели призрак девушки в придорожной гостинице?
— И правда, но это получилось как-то само собой, ах да, я приложил медальон ко лбу и тут же увидел её.
— Да, кстати, о медальоне, вынужден вас предостеречь, хотя… нет, я не имею права да и смысла, уже всё случилось так, как случилось. Так вот, о призраках. Видеть призраков, что это — игра воспалённого воображения или дефект психологической системы человека? Я размышляю так. Преждевременная смерть, насильственная или несправедливая по мнению усопшего, отягащённая привязанностью к земному бытию и служит поводом для скитаний меж пространствами. Сильный эмоциональный всплеск этих чувств и не даёт душе перейти к месту назначения после смерти биологического тела. Психологическая агония оставляет душу на грани миров и времён. «Чёрный шум» так называется эта обитель. Только сама матушка-природа, по своим, неизвестным нам причинам, может одарить некоторых живых слышать нижним слухом призыв и разговор мёртвых, а так же видеть призрак умершего своим третим глазом (т. е психологической энергией) Многие одарённые люди сначала пугаются своему новому, непонятному умению, считая, что это в своём роде наказание за совершённые грехи. На самом деле всё не так страшно. Просто смотрители и союзники из других миров находят среди людей помощников для того, чтобы облегчить страдания душам, затерявшимся в промежутке двух миров. — Ну чтобы выбранные не пугались, надо их как-то подготавливать к этому, — предположил Гарни.
— Ох, мой мальчик, если терять время сначала на подготовку, а потом на обучение, можно опоздать с конкретной помощью, — развёл руки в стороны Руден, — да и время в другом измерении существует по другим законам. Сначала даётся дар, что-то вроде проверки на смелость, а потом приходит время разъяснений, если человек выдержал первую атаку и не забился в конвульсии страха.
— А не кажется ли это слишком жестоким?
— Нет и ещё раз нет, — садовник резко махнул рукой, словно отрубил сомнения Гарни, — только так и не иначе. Совершенство души только так и проверяется, без всяких подготовок. Выдержавшие испытания становятся настоящими помощниками и проводниками, их уже не тяготит эта ноша, а становится самым настоящим даром. Что может быть лучше, чем почувствовать себя причастным к облегчению судеб несчастных скитальцев? Но есть и исключения, насильно заставлять стать проводником никто не будет, если человек, обладающий даром, чувствует страх и панику, его оставляют в покое, это говорит о том, что данный человек не готов. Может в другой жизни, в другом воплощение, избранник созреет для этой миссии, тогда его снова подвергнут испытанию. Для призраков время не имеет значения, ибо их существование протекает в безвременном пространстве. Им, несчастным, остаётся только ждать и надеяться на то, что проводник, в конце концов, найдётся. Почему господь так распорядился с их судьбами — мне неведомо, даже в моём состоянии сознания. Надеюсь, я это узнаю. А пока, мой друг, судя по всему, вам предстоит стать одним из помощников провидения. Помогите нуждающемуся в вашей помощи.
— Конечно я готов, лишь бы мне хватило знаний и таланта, — согласно кивнул Гарни.
— Вот и прекрасно, — Руден-Юлиан улыбнулся и растаял в туманном сумраке.
Когда Гарни открыл глаза, то даже вздрогнул, так неожиданно было это зрелище. В лёгком, мерцающе-матовом облаке, возле дерева стоял мужчина неопределённого возраста, так как черты его лица еле уловимо менялись от юношеских до стариковских.
— Что вам угодно, сударь? Скажите, чем мы можем вам помочь?
— Слишком мало времени, и кажется, уже никто не в силах освободить меня от мучительного существования, — не открывая рта, произнёс мужчина.
— Раз вы ещё здесь, я думаю, мы сможем успеть, — подбадривая, сказал Гарни.
Ответ Гарни звучал так же мысленно, как и речь мужчины. «Интересно, Альэра слышит о чём мы говорим?» промелькнуло в его голове. И как ответ, Альэра присоединилась к их разговору на том же, мысленном уровне:
— Что с вами произошло? Почему вы скитаетесь неприкаянным?
— Я-чудовище, не внешне, а внутренне, — на лице призрака появилось выражение отвращения к самому себе, — чудовище, которое не имеет права на прощение ни среди людей, ни в самом высшем суде. Я творил столько горя и несчастья тем, кто находился рядом, что мой нынешний удел — закономерная расплата. Кто бы вы не были, я не прошу помощи, мне хотелось излить свою тоску, вернее, не тоску, а горечь сожаления.
— Но что послужило причиной вашему нынешнему положению?
Гарни задал вопрос, хотя перед его глазами уже промелькнули картины жизни этого неприкаянного странника безвременья, но ему хотелось, чтобы тот сам рассказал свою историю. И призрак начал вспоминать.
