Пошла по лесу, напевая песню. Щебет птиц вторил её напеву. Набрала целую охапку цветов, и тут увидела большую бабочку, необыкновенной красоты, та порхала с цветка на цветок, удаляясь в глубь леса. «Надо поймать её» — подумала Дарьяна и побежала следом. А бабочка, перепорхнув тонкую полоску леса, привела её на другую поляну. На ней, прямо по середине, куча камней, образующая что-то вроде, небольшой горки. Бабочка села на камень и когда Дарьяна подбежала, то увидела вот что. Казалось, эти камни кто-то сложил так, что бы они образовали что-то вроде беседки с одним входом. Бабочка вспорхнула с камня, полетела в этот вход и пропала в его темноте. Дарьяна подошла ближе. Пахнуло затхлой влагой и ещё чем-то неприятным. «Как странно, но разве бабочки живут в темноте и сырости?» — подумала она и протянула руку в эту темноту, что бы наощупь поискать. Не достала до противоположного края и сделала шаг. Это было роковой ошибкой.
Дарьяна почувствовала, как затягивает её неизвестная бездна. Лихорадочно хватаясь за острые выступы камней, даже вскрикнуть не успела. Нога соскользнула, она падала вниз, больно ударяясь о стены каменного колодца. Сколько продолжалось это падение, неизвестно. Очнулась лёжа на дне. Попыталась пошевелить рукой, ногой, с ужасом поняла, что тело неподвижно. Хотела произнести хоть слово, но тщетно. Только мысли остались ей подвластны. «Боже, господи, что же это?! Нет, нет!!! Как же так, за что?! Господи!» Теряя сознание, она увидела, как откуда-то сверху, на паутинке, к ней начал спускаться огромный паук и сел грудь. Дарьяна почувствовала, как он прижался к ней своим мохнатым, дрожащим тельцем и, как будто, втянул в себя то единственное, что связывало её с этим миром. Последним, что увидела она перед провалом в небытие, было лицо старухи-колдуньи, которая дала ей когда-то зелье. С язвительной ухмылкой, она прошептала «мы сами стержень и коромысло своих желании, любовью, грязью иль колёсами душа растоптана — всё больно, смерть это пробуждение, а жизнь просто сон».
Забеспокоился Владлен долгим отсутствием жены, стал звать её. Волнение отца передалось детям и кучеру с нянькой. Все засуетились, стали бегать по поляне. Самый маленький заплакал, звал мать. Но тщетно, Дарьяны нигде не было. Безрезультатные поиски вымотали всех. Заплаканные дети уснули в карете. Владлен, с осунувшимся лицом и как-то сразу постаревший, бродил по лесу в надежде найти хоть какой-то след своей жены. Но всё было напрасно. Бросив взгляд на место, где так внезапно кончилось его счастье, он приказал кучеру запрягать лошадей. Наполовину осиротевшая семья отправилась в обратный путь.
Мы снова в придорожной гостинице. Гарнидупс провёл рукой по голове женщины от лба до затылка. Как ото сна, очнулась она, перехватило дыхание у бедной матери.
— Кто ты, что за волшебство? Как смог ты показать мне такую картину? Неужели всё это правда?
— Да, как не горько будет тебе это слышать, всё правда, — кивнул ей Гарнидупс.
— Значит, не увижу я свою доченьку, так странно умерла, лежат её косточки в ловушке. Счастлива была, муж хороший, детки славные, внучатки мой милые, сиротки.
Женщина уронила голову на руки и горько расплакалась. Гарнидупс, ничего не говоря, встал, что бы уйти и дать выплакаться матери, только что увидевшей после долгой неизвестности и тут же снова потерявшей безвозвратно, своё дитя.
— Но что за сила в твоих руках чудотворная? — остановил его голос хозяйки.
— Не могу я вам этого сказать. Да и не поймёте вы и не поверите.
Женщина не стала больше задавать вопросы, понимающе кивнула головой, чувствуя, что действительно, не под силу ей будет осознать всё, даже если он скажет. Одно поняла, этот молодой человек наделён неземным даром.
— Скажите, господин хороший, если поеду я на внуков посмотреть, не прогонит меня знатный господин? Вроде, человек он хороший, дочку мою любил.
— Думаю, не прогонит, — Гарнидупс улыбнулся и поднялся к себе в комнату.
