Юлиан подошёл к Гарнидупсу, взял медальон в свои руки, рассмотрел. Обошёл вокруг и, не снимая с шеи, приложил к затылку юноши. По телу Гарнидупса пробежала приятная дрожь. Потом Юлиан вернул медальон опять на грудь и теперь приложил ко лбу. Гарнидупс ощутил во всём теле мягкую волну прилива крови. Чувства были настолько приятными, такая лёгкость и невесомость, ему показалось, что он раздвоился. Одна его часть осталась стоять, а другая взлетела к потолку и стала наблюдать за происходящим сверху. Он слышал всё чётко и ясно до звона в ушах. Он услышал тонкий, звенящий звук, исходящий от светильников. «Я припоминаю, что уже видел такое. Как же, как же они называются? Боже мой, вспомнил! Люстра и электрический ток. А ещё я вспомнил, большие дома в несколько этажей и железные кареты без лошадей. Их называют машинами» От неожиданности чувств ему показалось, сейчас упадёт. Кадры воспоминаний менялись перед его взором с такой быстротой, осознать всё сразу было просто невозможно. Демьян подошёл его телесной оболочке внизу, взял в руки талисман и приложил его к левому виску парня. Гарнидупс почувствовал холод. Неприятное чувство, сходное с чувством страха, животного ужаса зародилось где-то в отдалённом уголке его существа. Оно стало нарастать с пугающей быстротой. Гарнидупс испугался, что этот кошмар захлестнёт и раздавит его. Собравшись с силами, он начал сопротивляться. Демьян наблюдал за его реакцией. Видимо, внутренняя борьба отразилась на лице парня. Демьян удовлетворённо улыбнулся, убрал медальон, дал Гарнидупсу перевести дыхание, и приложил медальон к правому виску.
Вернулось прежнее ощущения полёта и лёгкости. Ровное восприятие происходящего заняли своё главенствующее место. Гарнидупс открыл глаза, хотя чётко помнил, что от начала и до конца манипуляций с медальоном он не закрывал их.
— Как самочувствие, молодой человек? — голос Юлиана вернул его действительности.
— Чудесно, восхитительно! Но так много всего, вряд ли я что-то запомнил. Мелькали города, знакомые лица людей, именно, знакомых. Мне показалось, что с этими людьми прошли годы моей жизни, и не одной, а несколько. Они были в разных телах, но энергетические токи, исходящие от их душ были одни и те же. Я чувствовал. Но как же это возможно?
— О, мой друг, впереди у вас ещё много открытий и странностей, — Юлиан похлопал его по плечу, — а теперь, попробуйте суммировать всё то, что слышали.
Голос Гарнидупса зазвучал ровно и спокойно, он чётко выговаривал слова.
— Сейчас я нахожусь в голубом мире. Этот мир самый первый. Частица энергии зарождается в нём, чтобы получить первоначальный энергозаряд для прохождения цветных миров. Это десять цветных параллелий и две основные. Они развиваются и живут по своим законам. Есть правый и левый параллельный мир. В левый входят цвета: голубой, розовый, зелёный, синий, красный, малиновый, бордовый, оранжевый. Всего восемь цветов, знак бесконечности. В правый входят так же голубой, розовый, зелёный, синий, красный, фиолетовый, золотой, оранжевый и тоже восемь. И в правом и в левом всё начинается с голубого, нежный цвет воздуха и покоя. Человек, приходя в этот мир, сам выбирает свой путь, левый или правый и оценивает правильность выбора только в конце, когда переходит в оранжевый мир. Это цвет восходящего солнца. В нём сходятся оба мира, обе дороги. Здесь происходит уничтожение последних чёрных энергий, которые мешают пройти в последние два мира. Духовная связь с творцом всего сущего возрастает, мы можем слышать и понимать его в жёлтом и серебряном уровнях. Жёлтый цвет это цвет солнца, созидающего, согревающего всё живущее, очищения души от скверны. А серебряный — цвет чистоты души. Десять уровней можно проходить бесконечно, если это выражение здесь уместно. А жёлтый и серебряный проходишь единожды. Как школьный экзамен, если ты сдаёшь его в оранжевом мире, значит, ты будешь допущен в жёлтый. Вы сказали, что я был перенесён сюда из серебряного мира для того, чтобы в ускоренном темпе вспомнить все свои предыдущие рождения, прохождения миров. Но все они цветные и я не помню, что бы видел чёрный и белый миры. Значит, они существуют в нас изначально? Ах да, я помню то, что произошло со мной, мне дали два шара. Один был чёрным, другой серебристо-белый. Правильно, если то считать моим рождением, значит, они в нас.
Гарнидупс произнёс всё это на одном дыхании. Боялся сбиться, ведь ещё никогда ему не было так легко и спокойно. Кажется, всё встало на свои места, выстроенная схема была понятна. Только один смысл ускользнул от него, почему в обоих мирах есть пять одинаковых и только три отличаются друг от друга. «Надо попросить, что бы объяснили мне это» подумал Гарнидупс. А вслух произнёс:
— Мне кажется, я это уже знаю, но не здесь, а здесь, — Гарнидупс показал на свой затылок, — теперь надо только вспомнить и обдумать всё. Но для этого надо ещё напрячся так, чтобы вытащить эти знания вот сюда.
Гарнидупс хлопнул себя по лбу рукой.
— Не беспокойся, это и есть шестое чувство знания, приходящее, на первый взгляд, из ниоткуда, — сказал Демьян.
