Когда Гленда всё же привела Ирмелин, Камилла пребывала в бессознательном состоянии. Без лишних слов старшая сестра поняла, что именно произошло, и в первую очередь извлекла из сумки небольшой флакончик. Заставив младшую проглотить мутноватую вязкую жидкость, она покачала головой и заметила, что лучше бы было вернуться сейчас в замок. Конечно, вряд ли кто-то захочет так скоро покидать праздник… Однако, как оказалось, и Гленда и Эгиль были только за то, чтобы отправиться назад.
С пустыми руками не возвращался никто: женская часть несла покупки, а мужская, в лице единственного хранителя — Камиллу. Последняя, в свою очередь, при всём желании не смогла бы ничего нести. Гленда скакала немного впереди, ей не терпелось поскорее увидеть брата и кое-что ему показать, взрослые же тихо о чём-то переговаривались.
— Я помню, — начал Эгиль, — ты говорила, что она плохо переносит солнце, но чтобы настолько… Неужели она и раньше так часто теряла сознание?
Ирмелин отрицательно покачала головой и слегка нахмурилась. Для неё тоже было странным, что сегодня произошло подобное.
— В том-то и дело, что нет. Если бы я могла предположить, что сегодня случится подобное…
— Думаешь?..
— Да, наверное, это отголосок нашего проклятья. Я ведь тоже проклята, но… Но почему вечно не везёт ей? Как бы я хотела это исправить… — Ирмелин потупила и отвела взгляд. Она тоже была бессильна в данной ситуации, а от мыслей об этом начинала болеть голова. Или последнее было из-за леса с его аномалиями? Тут уж никто не знал ответа.
В лесу погода была заметно хуже, наверное, снова должен был пойти дождь. Впрочем, ничего удивительного. Оставалось надеяться, что удастся дойти до замка сухими и, в дополнение ко всему, не подхватить простуду.
Замок встретил мрачный молчанием. Действительно, откуда взяться множеству звуков, когда многие покинули это место? Однако, совсем скоро по коридорам стал разноситься звонкий голосок Гленды, что звала брата. Она и так знала, где стоило того искать, но всё равно хотела оповестить о возвращении — наверняка ведь так рано не ждали. На голос вышла и Хальдис, которая сидела в это время в гостиной и ощупывала какую-то статуэтку. С ней столкнулись Эгиль и Ирмелин, относившие Камиллу в её комнату. В скором времени там собрались все, кто был в данный момент в замке.
— А ведь я просил её быть осторожнее… — вздохнул Эрланн, подходя к кровати.
— Думаю, она была. Хотя… Когда мы всё же нашли её, она уже была почти никакая. Хорошо, что Гленда предложила поискать… — Эгиль подошёл к креслу и сел, устало растрепав волосы.
— Значит, вы намеренно её искали? — Мастер обернулся к сестре, которая что-то высматривала, шурша бумажным пакетом.
— Да. Я почувствовала, что что-то не так и предложила… Да где же оно? — Гленда стала выкладывать некоторые вещи. Видимо, нужное, как обычно, завалилось как можно глубже. — И предложила поискать Ками. Хорошо, конечно, что мы успели вовремя, но лучше бы моё предчувствие оказалось просто предчувствием. К счастью, что теперь она, похоже, в порядке и просто крепко спит. О, нашла! — воскликнула она, извлекая коробочку, по размерам соответствовавшую какой-нибудь небольшой вазочке.
К этому моменту на полу уже стояло несколько баночек с красками, лежали кисточки, было что-то, завёрнутое в коричневую бумагу — наверное, еда. Довольно улыбаясь, Гленда подскочила к брату и протянула тому коробочку, уточнив, чтобы сей подарок он открывал осторожнее. Хмыкнув, тот присел на край кровати и с интересом заглянул внутрь. К сожалению, содержимое, опять же, оказалось завёрнуто, так что удалось поднять только одно — это никакая не ваза.
Тихо шурша обёрткой, Эрланн, под любопытные взгляды остальных, не считая слепой Хальдис и бессознательной виновницы сбора в этой комнате, извлёк на свет нечто странное. То была довольно необычная фигурка, представлявшая собой разбитое яйцо, из которого выглядывал некий механизм — множество странно соединённых между собой медного цвета шестерёнок. Эрл с интересом рассматривал подарок сестры, иногда почему-то слегка морщась. Он точно не мог ранее видеть чего-то подобного, но всё равно это «яйцо» казалось знакомым. Может, не сейчас, а где-то в прошлой жизни… Или же, до жизни в замке…
— Ты ведь не помнишь, да? — печально спросила малышка, заглянув брату в глаза. Тот отрицательно покачал головой, но довольно неуверенно. — Подобное было у нас дома. Нам всегда хотелось рассмотреть эту фигурку поближе, но взрослые не разрешали, опасаясь, что сломаем, разобьём. Знаешь, я очень удивилась, обнаружив это в городе, и не смогла не купить.
— Значит, дома? — Эрл усмехнулся. — Значит, вот что показалось знакомым. Такое… Похоже, это сложно забыть окончательно.
Получше изучив подарок, он переставил тот на столик и, устроившись уже на диване, попросил остальных рассказать, как прошёл день, и что было на празднике. Комнату не хотел покидать никто — вдруг, с Камиллой снова что-то случится?
