— В этом нет ничего страшного или предосудительного, — отозвался Мейлир, проведя пальцем по корешкам, — ведь эти книги написаны на уже устаревшем магическом языке. Большая часть уж точно. Даже мне бывает сложно понять некоторые моменты в них, и это без учёта вникания в суть, а просто говоря о возможности перевести те или иные слова. Удивительная коллекция, похоже, связанная какой-то одно тематикой. По крайней мере, я вижу здесь достаточно книг, посвящённых перемещениям между мирами и переселениям душ.
— Такому обычно не учат. Я удивлена, что ты в этом разбираешься.
— Я знаю об этом не так много, как хотелось бы, да и изучал несколько лет назад. Как и все прочие вещи, знать о которых было обязательно в моей семье. Признаюсь, тогда я и не думал, что подобное действительно может пригодиться, а потому не придал должного значения.
— Чем дальше, тем больше я думаю, что ты был из какого-то знатного рода… — пробормотала Камилла, присматриваясь к яркой вещице, завалившейся между шкафами.
Хранитель ничего не ответил, только улыбнулся, как-то очень странно, болезненно и обречённо, но стало ясно, что это предположение очень близко к правде. Слишком близко. Вот только пытаться узнать об этом побольше не стоило.
Ярким пятном оказалась заколка-цветок, которая очень напоминала заколку Боргхилль, только не фиолетовая, а оранжевая. Просто совпадение? Камилле казалось, что Боргхилль очень дорожила своим украшением, ведь оно было и на посмертном портрете, и на воспоминании, и на картине в магазине. К тому же тогда, как и всегда, должно было быть две жертвы. Возможно ли, что это заколка второй жертвы? Но что она делала тут? Что это вообще за место такое, которого не видно и путь к которому скрыт? Как часто кто-либо забредал в эту башню? Даже комнаты замка, в которые никому не было надобности заходить, не выглядели настолько заброшенными.
Осматривая остальные шкафы, Камилла заметила, что в одном месте расстояние между ними на порядок больше. Присмотревшись к этому месту получше, она поняла, что там находится небольшая и довольно хорошо замаскированная дверь. Очень хотелось узнать, что за ней, но, похоже, мужская часть была слишком увлечена чтением, а потому было решено проверить всё самой. Это слишком близко, чтобы умудриться сильно напортачить. Пригнувшись, чтобы не удариться головой о дверной косяк, Ками прошла в небольшую комнатку, попутно прицепив заколку к жилетке. По правую сторону полки были уставлены чучелами птиц, по левую расположились шкафы со стеклянными дверцами, за которыми виднелись неизвестные приборы. Напротив небольшого окна стоял самый обыкновенный письменный стол, к которому и направилась Ками.
Единственной примечательной вещью на столе оказался золотой обруч с четырьмя камнями и тонкими узорами, он прижимал к столешнице пожелтевшую записку, у автора которой почерк был ещё затейливее, чем у Боргхилль. Благоразумно ничего не трогая, Камилла выглянула за дверь и позвала остальных.
Убедившись в том, что на обруч не наложено никаких опасных чар, Эрланн поднял его и достал записку. Разобрать у него ничего не получилось, так что находка была передана Мейлиру. Тот некоторое время всматривался, слегка морщился, однако вникнуть в завитушки смог, после чего зачитал написанное.
«Если ваш бог действительно существует, то почему он позволяет совершать такие бесчеловечные поступки? Почему страдают невинные? Почему он молчит, когда вы взываете к убийствам? Убийствам во имя него! Если бог милосерден, то почему подобное происходит вновь и вновь? Почему он сквозь пальцы смотрит на вашу жестокость? Я всё больше уверяюсь в том, что бог либо слеп, либо его нет. Заклинаю, если сегодня мы погибнем в стенах этого замка, в будущем он всё равно будет спасением для магов. Заклинаю, пусть хотя бы один из нас найдёт здесь защиту. Заклинаю именем королевы».
— Королевы? — эхом повторила Камилла. — Здесь разве была какая-то королева? Вроде же только о ведьме речь шла.
— Не могу ничего утверждать с абсолютной точностью, но на ум приходит только одна возможная королева. — Отдав записку Эрланну, Мейлир принялся рассматривать обруч. — По крайней мере, связь с ведьмами и этот обруч напоминают только о ней. О королеве-ведьме Изольде. Той, которая спасала не только ведьм, но и остальных магов во времена Великой охоты. Но кое-что меня во всём этом смущает.
— Что же?
