Она чувствовала, что на меня сильно действует ее внешность и пыталась форсировать отношения, откровенно прижимаясь ко мне грудью, да и всем остальным. О Дунаевском я читал, что он бабник, но и женушка у него оказалась тоже из любительниц тяжелого флирта. Я бросил взгляд на жену, но ей было не до меня. Веру обхаживали сразу три ловеласа, пытавшихся превзойти друг друга в оригинальности и остроумии. Одним из них был уже подвыпивший Исаак. Да, Ольга ничем не рисковала, но мне не нравилось поведение моего организма, поэтому эти прижимания надо было прекращать.
– Да, пишу, – признался я, безуспешно пытаясь отстраниться. – Если хотите, могу прочитать. Только не нужно меня так откровенно соблазнять: у меня из-за этого путаются мысли, хоть я ничего не пил.
– Пойдемте со мной, князь! – зашептала она мне на ухо, помимо воли рождая желание. – Это ненадолго, и никто не заметит! А если заметят, промолчат: здесь все натуры утонченные... А стихи подождут!
«Зря я сюда приехал, – подумал я. – И Веру зря привез. Обычная пьянка местной богемы. Еще добавят, и придется сбегать».
– Вам не повезло, Ольга, – сказал я, убирая ее руки со своей шеи. – Увы, я не любитель чужого меда, мне хватает своего. Вы очаровательны, но я не хочу расстраивать свою жену и наставлять рога вашему мужу. Танец закончился, пойдемте я вас провожу на диван.
– До дивана я как-нибудь дойду сама! – сердито сказала она. – Порядочные кавалеры так себя не ведут!
Ольга ушла на свой диван, а я направился к жене. Не о чем с ними было беседовать, по крайней мере сейчас.
– Спасибо за компанию, – сказал я хозяину. – Увы, нас ждут дела, иначе мы бы посидели с вами допоздна.
Конечно, нас уговаривали остаться, демонстрировали обиду и все такое, но я взял жену под руку и ушел. Поездка вышла пустой, просто я еще раз убедился в том, что может нравиться творчество человека, но не он сам, и что на такие посиделки нам лучше не ездить. Машина нас ждала возле подъезда, поэтому скоро уже были дома.
– Почему мы так рано уехали? – спросила Вера, когда зашли в свою комнату. – Это из-за Ольги? Видела я, как она на тебя вешалась!
– Вешалась, – не стал я отвергать очевидного. – Даже пыталась затянуть в спальню, что из этого? Скажи, тебе там понравилось?
– Поначалу было весело, – ответила она, – но потом все быстро напились. Если бы мы с тобой тоже пили...
– То я бы сейчас развлекал Ольгу, – откровенно сказал я. – А тебя бы тоже кто-нибудь охмурил. Это ты трезвая все понимаешь, а если накачают вином и откажут тормоза... Это такие люди, и такая у них жизнь. С ними или не нужно водиться, или нужно быть точно такими же. Разок съездили, посмотрели и хватит.
– А она тебе сильно понравилась? – ревниво спросила Вера.
– Мне когда-то очень нравилась киноактриса, на которую она сильно похожа, – ответил я, – поэтому все время хотелось смотреть на ее лицо. Это фокусы памяти и ничего больше. Красивых женщин много, а любимая только одна. Может, для других иначе, а для меня так. Пока есть ты, мне никто больше не нужен.
– А от ее ласки не отказывался!
– Какое сегодня число? – спросил я.
– Третье апреля, – ответила жена. – А почему спрашиваешь?
– Надо записать в дневник, – объяснил я. – Первый раз получил семейный скандал! Такое обязательно нужно отметить.
– У тебя же нет дневника! – сердито сказала она. – Ты мне зубы не заговаривай!
– Ну и что ты от меня хочешь? Женщина разогрелась вином и решила, как привыкла, разнообразить себе жизнь. Видела, как она в меня вцепилась? Я должен был устроить скандал, отрывая ее от себя? Я это сделал без рук и скандала, одними словами. Ну потерлись мы немного пупками...
– Ах ты! – Вера бросилась на меня с кулаками, но я ее заманил на кровать, где мы с ней сначала разобрались с одеждой, а потом и со своими отношениями.
Самый лучший способ решать любые проблемы с женой. А меня еще сильно завел тот танец, поэтому я себя совсем не сдерживал.
– Дикий зверь! – довольно сказала Вера, когда мы с ней отдыхали.
– Кто бы говорил, – лениво отозвался я. – Всего погрызла. Слушай, как ты отнесешься к тому, что я начну писать книги?
– Рассказы о том сыщике? – спросила она. – А почему ты сейчас об этом вспомнил?
– О Шерлоке Холмсе нельзя, – с сожалением сказал я. – После того, что скоро случится, писать об Англии будет... непатриотично. Но это неважно: я этих книг помню миллион. Не дословно, конечно, но если учесть, что в прошлой жизни был писателем, а у вас никто толком писать не умеет, то должно получиться не хуже, чем с песнями. Понимаешь, мне стало немного скучно жить. Вопросов привозят не меньше, но ответов у меня на них немного. И остается одно наше пение, а мне этого мало. Мне ваши книги даже не хочется брать в руки, по крайней мере те, которые читал до сих пор. Может быть, после меня и другие станут нормально писать?
