Все знают, что их было двенадцать. По велению Пославшего их, они сошли на землю, оказавшись в современной России. Им всего лишь нужно было произвести разведку – соблюдаются ли Его заповеди? Кто мог предвидеть, что к ним присоединится Тринадцатый, которому о современных нравах известно далеко не всё…У Адама было две жены! Не верите? Полистайте древнюю Каббалу и ранние апокрифы. Ева – это дщерь Бога, а Лилия – дьявольская дочь. С момента сотворения мира прошло семь тысяч лет. Ева и Лилия продолжают свое существование среди нас. Как простые смертные, они заняты своими маленькими интригами, но ставка в заключенном их родителями пари слишком необычна…Два студента, ботаник и циник, опытным путем изобретают аэрозоль, призванный сексуально возбуждать девушек, но опыты приводят к совершенно непредсказуемым последствиям, обнажая тайные желания, комплексы и фобии… Юным академикам помогает болтливый кот, прибывший из самого ада…
Когда человек был ещё ребёнком, то бабушка часто говорила ему:
– Внучек, вот вырастешь ты большой, станет тебе на душе плохо – ты иди в храм, там всегда легче будет!
Вырос человек. И… как-то стало ему жить совсем уж невыносимо! Вспомнил он совет бабушки и пошёл в храм. Встал на службе.
А тут к нему подходит старушка:
– Молодой человек, не так ты руки держишь!
Не успела старушка отойти – подбегает мальчишка:
– Не там стоишь, дядька!
– Не так ты одет, парень! – косо посмотрел благообразный мужчина.
– Неправильно крестишься, юнец! – одернул сзади лохматый дед. Стоящая рядом беременная девушка часто-часто и согласно закивала.
Подплыл сам поп, с кадилом. Пристально посмотрел на человека и изрек:
– Отрок, выйди-тко из храма. Но прежде купи книжку, как нужно себя здесь вести. На прилавке, у входа… Напитайся сим чтением, а потом приходи!
Вышел человек из храма, сел на скамейку. И горько заплакал. Вдруг… на плечо легла мягкая рука, и участливый голос вопросил:
– Что ты плачешь, дитя моё?
Поднял человек заплаканное лицо и увидел Бога. И ответил:
– Господи! Меня в храм не пускают!
Обнял его Бог:
– Не плачь, они и меня давно туда не пускают…
Апостол Пётр желал курить. Но курить запрещали каноны, и Пётр страдал.
Дело случилось далеко-далеко от Земли, в просторах необъятного Космоса, в уютном уголке. Стена серебристого цвета отгораживала уголок от Вселенной. Невероятной высоты и пульсирующая – Стена казалось живой!
Дизайн уютного уголка представлял собой некую эклектику различных стилей, сочетаний и форм: дивно красивые виды природы соседствовали с причудливыми по архитектуре зданиями. Низкие и высокие, с башенками и без, шаровидные и квадратоподобные… В стену, окружавшую диковинную местность, были впаяны изящные ворота – тёмные, узорчатые. Над ними голубыми, похожими на неон буквами, горела надпись: «Стучите и отворят вам». Позвольте представить – Эдем, райский сад!
Апостол сидел с внутренней стороны ворот, в мягком кресле. Большие залысины, маленькие глаза с серой поволокой, чисто выбритый подбородок. Скрытная улыбка. Из одежды на нём топорщилась золотая рубаха, заправленная в золотые же штаны. На столе громоздился компьютер, рядом пристроились экран видеонаблюдения и вентилятор, лежали шашки. Работа привратником в райском саду – не самое плохое занятие! Правда, излишне расслабляет в силу 99 % ничегонеделания… На Небесах подобный расслабон считается грехом. Но не пойман – не грешник, – тоже верно… Пётр вытащил пачку «Ангельских», подумал… воровато огляделся, кинул взгляд на экран… Суетливо спрятал пачку назад – в ящик стола.
По направлению к воротам вышагивала душа – визуально как холодец: тело нежно-синего цвета, облечённое в полупрозрачное состояние. Руки-ноги, два непропорционально больших глаза, рот, щеки, пенис… всё есть и всё видно.
Привратник сделал строгое официальное лицо, уселся поудобнее.
Душа остановилась, тронула пальцем серебристую стену. Её затрясло, как под электротоком. Она отдёрнула руку, вцепилась в дверную ручку. Ворота бесшумно открылись, синее существо проскользнуло внутрь и застыло на месте, озираясь. «Клиент» очутился в кабинете – только кабинет без задней стены. Сразу за ним располагалось цветущее поле, тянувшееся до горизонта. То там, то тут поднимались описанные выше строения.
Привратник приветливо улыбнулся:
– Ну что, раб Божий? Подходи ко мне, коли пришёл.
Душа приблизилась к столу, испуганно-недоумённое выражение не сходило с облика.
– Садись! – кивнул апостол на гостевой стул, стоящий с другой стороны стола. Душа ничтоже сумняшеся села.
– Я – Пётр, – сказал привратник, ткнув в бэйджик на груди. – Твои фамилия, имя, а?
– Егорка я… Крутиков…
– Дата и обстоятельства смерти?
– Ч-что? – гость выпучил и без того большие глаза. Видимо, не до конца понял, куда попал.
– Когда и как ты умер? – терпеливо произнёс апостол.
– В смысле?
– Каковы последние воспоминания, перед тем, как ты попал сюда?
– Ну, это… Гнал на своём «Тырчике», тут «Жигуль» выскакивает и как припечатает меня в бочину! Я потух. Потом свет засиял…
– Ясно, – привратник пощёлкал кнопками компьютера (зажужжал принтер), спросил:
– Тёмный «Тырчик», регистрационный номер «а 1143 ДС», купленный у соседа?
– Чего, чего?
– Ты сколько классов закончил, Крутиков Егорка, а?
– Семь… с половиной.
– Я так и подумал. А водительские права получил по «блату». Верно?
– Да-да! – Егорка восхищённо кивнул. – А вы… вы откуда знаете?
Служащий выдернул из принтера листок, подвинул Егорке вместе с ручкой, попросил:
– Поставь здесь свою подпись. Расписываться умеешь?
– Умею, – Крутиков исполнил просьбу.
Пётр положил листок в файлик, а файлик засунул в ящик стола:
