Остатки административного блока мы прошли, не встретив сопротивления. Пустой коридор и боковые отсеки с десятками точно таких же коконов. Тыкать ножом их больше не пытался, и так вся броня изгваздана в мутных разводах непонятной жижи. Подчиняясь моей воле, «Каракуты» уничтожали их одиночными выстрелами. После попадания импульсного заряда кокон взрывался, словно переспелый фрукт, и из него вываливалось очередное тело. Мертвое тело. Не знаю, как в них до этого момента поддерживалась жизнь, некоторые имели повреждения, не совместимые с ней, но после разрушения кокона все погибали почти мгновенно. Ради эксперимента я дважды стрелял в основание кокона, разрушая черное корневище и прятавшиеся в нем нити. Но результат был один. Кокон лопался, а тело в нем умирало, даже если видимых повреждений не имело. Нет, я не пытался кого-то спасти или найти выживших. Какое мне дело до этих кусков биомассы⁈ Но каждый лопнувший кокон вызывал возмущение моей цели, выражавшееся в очередном возмущённом вопле, ощутимо бьющим по мозгам в пси-диапазоне. В этих воплях был гнев и боль, но не чувствовалось разума. Словно я имею дело не с мощным центром коллективного разума, а избиваю неразумное животное. Королева роя с интеллектом низшего! Разве такое возможно⁈
Проход непосредственно в рабочую зону блока А был закрыт. Полуметровой толщины бронеплита надежно изолировала зону проведения опасных экспериментов. Ну, по крайней мере, так было задумано изначально. Сейчас же в ней зияла огромная дыра с оплавленными краями. Создавалось впечатление, что кто-то притащил сюда противокорабельный лазерный излучатель с внешней обшивки станции и шарахнул по бронеплите в упор. Других вариантов жизненный опыт и фантазия моего предшественника предложить не смогла, а своего еще не накопил толком. Перед пробитыми воротами была навалена куча всякого хлама. Мебель, непонятные приборы и оборудование образовывали собранное наспех укрытие. Кто-то пытался выставить заслон на пути рвавшегося из лаборатории роя.
Из дыры доносился странный звук. Казалось, что я не на космической станции среди бескрайней пустоты, а сижу в кабине атмосферного шаттла, попавшего в метеоритный поток, и сотни мелких камешков глухо барабанят по керамической броне.
ПБС, доставшийся мне от щедрот местного СБ, был полицейской модификации и средств дистанционной разведки не имел. Соваться же в дыру без оной было глупо, и пришлось рисковать еще одним каракутом. Серв плавно и бесшумно подплыл к дыре, с ювелирной точностью отрабатывая векторами антигравов среди творящегося вокруг хаоса. Я развернул схему отсека с поступающими с сенсоров серва данными.
Помещение экспериментальной зоны было приличным. Пожалуй, тут можно на фрегате развернуться, не задев стен. В центре отсека расположилась установка неизвестного назначения, но именно ее, со слов Тари, я должен был отключить или уничтожить. Эта мысль, подкрепленная псионической закладкой, сверлила мозг, вызывая практически физическую боль. Чем ближе я подбирался к цели, тем она была навязчивей. Казалось, стоит немного ослабить оковы воли, и моя тупая биологическая оболочка бросится голыми руками крушить металл и пластик.
Сама установка представляла из себя плавно расширяющуюся к основанию колонну, опоясанную тремя рядами капсул, очень похожих на стандартные медицинские. В радиусе пяти метров от установки из пола торчали прямоугольные выступы эмиттеров изолирующего силового купола, частично выгоревшие и оплавленные. Не смогли удержать они того, кого вырастили местные светила от науки. Правда, он, ну или она, а возможно и оно… Последнее вернее. Все-таки у гворнов понятие половой принадлежности отсутствует как факт. Это я вешаю ярлыки, идя на поводу у заимствованной личностной матрицы, доставшейся мне вместе с оболочкой.
В общем, королева была здесь и отражалась на схеме здоровенным красным пятном с фиолетовыми переливами, накрывавшим добрую половину лаборатории. Фоновое эрос-излучение тут было таким, что мой ИЭБР набирал по единичке в минуту. Хоть вставай лагерем на месяцок у этой дыры, набираясь уровней и силёнок. Но, боюсь, местные не одобрят, да и жрать опять хочется. Издержки доставшейся физической формы, будь они неладны.
Подключившись к каракуту, решил взглянуть на цель своими глазами.
— Сожрите меня бесы пустоты! Это что, межзвездная плесень⁈ — выдал я вслух, шокированный увиденным.
