Я подңяла голову и вдохнула солнечный итальянский воздух. Эту страну я обоҗала, она всегда рождала в моем сердце что-то радостное, словно Италия поселилась внутри кусочком своего лазурного неба, cливающегося с морем,томатной чиабаттой с оливковым маслом и золотыми капельками винограда. В стране, где умение отдыхать возвели в религию, а религия стала по-домашнему уютной, потому что папа римский с утра входил в дом с каждой новостью и газетой, где лень и праздность стали национальным достояниям наравне с Ламборгини и Колизеем, а уровень шедевров на квадратный метр пространства зашкаливал – здесь я чувствовала себя удивительно свободной. Здесь было очень много этой свободы, какой-то легкой и ненавязчивой свободы жить, по-настоящему. Итальянцы познали ее, как истину, и она таилась за прищуром их глаз, в морщинках, нарисованных солнцем и ветром, в насмешливых окриках и снисходительных взглядах, которыми они одаривали нас - иностранцев. Словно насмехались над нашей спешкой, волнением, серостью. Я помню, как приехала сюда с Ландаром первый раз, и пока князь был занят делами, отправилась на поиски места, где можно перекусить. Мне было шестнадцать. Мы проживали в стороне от туристических зон. Я ничего не знала о сиесте. И долго шла, уже ненавидя жару и солнце, но встречала лишь закрытые ставни кафе и магазинов.
У одного из таких заведėний я заметила старика, мирно дремлющего в плетеном кресле, и накинулась на него с истовостью голодной и слегка озверевшей туристки. Я пыталась убедить его, что у меня есть деньги, много денег,и отдам их все , если меня накормят и дадут стакан холодной воды. Старик улыбался. «Милая, - сказал он мне. - У меня есть море, солнце, а моя красавица жена приготовила пасту. У меня есть все для счастья. Я не стал бы шевелиться ради того, чтобы заработать деньги, которыми ты трясешь перед моим носом. Но я накормлю тебя, чтобы поделиться своим счастьем»
Когда его жена, которая выглядела ровесницей Леонарда да Винчи, с улыбкой поставила передо мной тарелку и запотевший стакан сладкого белого вина, я поняла, что люблю Италию.
Ландар забрал меня через час, это был отличный час в компании двух пожилых итальянцев. Приход князя все испортил, при нем старики резко оборвали свой рассказ и поспешили распрощаться, отводя глаза. Я заметила, что сеньора Доната украдкой перекрестилась, а губы Ландара скривились в презрительной усмешке.
Возможно, старики действительно что-то понимали в этой жизни. Жаль, больше я их не встречала, это был последний раз, когда я выходила куда-то без охраны.
Но любовь к Италии осталась в моем сердце, как и восхищение перед умением итальянцев жить. Жить, радуясь солнцу, вкушая простую и божественную еду, наслаждаясь вином и красивыми видами. Здесь как-то особенно легко дышалось,и даже казалось, что нет ничего за пределами этой обетованной земли – ни холодных краев Румынии, ни Башни, ни даже одаренных. В Италии хорошо лентяйничать и мечтать. О несбыточном. Ведь здесь, на берегу моря, все кажется возможным, даже самое сокровенное.
Вот и сейчас я рассеянно смотрела в окно и думала о том, что хотела бы пожить здесь - в домике у воды.
Правда, меня быстро вернули на грешную землю.
– Она здесь.
Как нам сообщили, одаренную (а я не сомневалась, что она была таковой) задержали в Браччианo, небольшом горoдке недалеко от Рима.
Князь повернул голову, осматривая здание полиции. Как и большинство домов в Италии, даже такое учреждение местные постарались сделать красивым. Решетки на окнах напоминали лозу, застывшую в металле, а козырек украшали ажурные ободы. Я заготовила свою лучшую улыбку для незнакомой девушки, бедняга, ей столько пришлось пережить!
Машина Яна уже стояла у порога, а сам странник рассматривал пейзаж, облокотившись о спорткар. Нам он кивнул и направился к ступенькам. Мы вошли следом, навстречу поднялся местный страж – молодой, загорелый. Εще одна особенность Италии, даже в полиции вам, скорeе всего, улыбнутся. Или это бонус для молодых девушек, потому что при виде мужчин рядом со мной радость полицейского заметно поубавилась.
– Добрый день, - сказал Ландар по–итальянски. – Мы ищем нашу родственницу, говорят, вы ее задержали. Франческа Риджонни.
– О, святая Франческа, - парень рассмеялся, но осекся, увидев взгляд Ландара. – Да, она у нас. Могу я увидеть ваши документы, сеньoр?
Князь протянул паспорт. Пока он разговаривал с полицейским, Ян отошел к стене.
– Мне здесь не нравится, – вдруг отрывисто сказал он, вертя головой. Прикрыл глаза, словно к чему-то прислушиваясь.
– Мы лишь заберем девушку и уйдем, - тихо сказала я, тоже оглядываясь. Причин для волнения я не видела. Солнечный свет струился в окна, загорелые полицейские улыбались и казались не настоящими стражами порядка, а героями какого-то сериала. Все молодые, улыбчивые, красивые.
– Сюда, сеньоры, - тот, что говорил с нами, махнул рукой. - Знаете, мы так и подумали, что девушка не в себе. Она несла настоящий бред, мы задержали ее, чтобы проверить на запрещенные препараты. К тому же, она залезла в фонтан на площади, у нас это не одобряется.
