Из-за раскидистой елки робко выступила ведьма-попутчица. Она зажимала рану в правом боку. Приблизилась, хромая. Так, вероятно, задета печень. Долго не протянет, если не помочь. Надеюсь, паукообразная косатка не истратила все силы на этих… сородичей.
— Эй, — позвал я китовую тушу.
Подошел к ней, показал на рану в боку женщины, затем свел пальцы, как делала химера, и поводил в области повреждения. Потом кивнул на эльфа, которого она только что лечила, и снова на ведьму.
— Надо лечить, — сказал я и повторил жест.
Чудовище смущенно прикрыло эльфийский глаз и принялось старательно водить колдовским сиянием по печени ведьмы. Ужас, мелькнувший на лице беглянки, быстро сменился восхищением.
— Оно так может?.. Это же… Это… — зашептала она. Даже не сумела подобрать выражений.
— Да, чудеса, — подтвердил я и отвернулся.
Надо забрать у эльфов оружие. Мечи, кинжалы и ножи нам пригодятся, а луки сломаю. Ведьма ими наверняка не владеет, я, естественно, тоже. Химера, наверное, могла бы, учитывая ее происхождение. Вот только второй руки у нее нет.
Немного собравшись с силами, взял, что нужно. У певца нашелся очень годный клинок — на глаз длиной существенно больше полуметра, и не железный, судя по виду, а стальной. Другой, которым я собирался зарезать ушастого, выглядел похуже и короче раза в полтора. Скорее нечто среднее между мечом и кортиком, в общем. Прочее — уже мелочь: три ножа, два кинжала, в том числе совсем несерьезный. Похож на толстое сапожное шило, только граненый. Вроде бы такие стилетами называются. Ну, зато тащить будет легче. С пояса одного из следопытов-егерей снял диковинную вещицу — связку плетеных кожаных шнурков с грузиками на концах. Вначале не понял, что это, а потом дошло: болас, чтобы бросать и ноги опутывать! Читал про такое оружие, а увидеть и пощупать его раньше не доводилось. Все же живыми собирались нас взять… Наверное, всех, кроме чудовища.
Подразделение особого назначения, тоже мне… Впрочем, если бы не осмотрительность и обостренные чувства косатки-скорпиона, повязали бы нас как миленьких. А ведь я даже не уверен, что это именно профессионалы со специальной подготовкой. Может, просто отправили тех, кто подвернулся…
С трудом переломил тугие дуги, сходящиеся посередине к тетиве, об колено и об деревья. Сами тетивы снял и оставил себе — вдруг пригодятся. Один лук сломать не удалось, как ни старался, — только сильно погнул. Ну, стрелять он так не сможет, наверное. Для профилактики попинал эльфов — вряд ли они очнутся готовыми к бою. Зверюга настороженно следила за моими действиями. Да нет, пусть не переживает. Если волки не съедят, то выживут… Уроды. Скоро начнет темнеть. Пусть этой ночью хищники найдут здесь нежданное угощение! Нужно уходить.
Еще до того, как я высказал свою идею, чудовище развернулось и побрело прочь от болота. Мы с ведьмой шагали следом. Инвалидная команда, обнять и плакать.
Тварь тащилась в одном направлении. Заходящее солнце оставалось строго справа. На это я обратил внимание лишь полчаса спустя. Потом озирался, чтобы удостовериться. Через еловые лапы трудно было разглядеть, но, кажется, да — солнце по-прежнему в той стороне. Странно, раньше я за членистоногим такой целеустремленности не замечал. Обычно брело, куда придется.
— Твой гимори что-то вспомнил и ведет нас туда, — уверенно сказала женщина с аномальным прикусом.
Мы шли, пока не стемнело. И еще полночи. Лишь когда падать от кровопотери и усталости начала даже членистоногая косатка, пришлось расположиться на ночлег. Ну как расположиться — лично я просто забрался в более-менее сухую ямку между корнями, свернулся там и тут же отрубился.
С первыми лучами солнца химера растолкала нас с ведьмой, и пришлось шагать дальше, едва продрав глаза. Одежда промокла от росы, стала мерзко прилипать к коже, как ледяная жаба. Висел стылый туман, изо рта вырывались облачка пара. Недавняя пленница дрожала, словно включила виброрежим — зуб на зуб не попадал, плечи ходили ходуном. Ее было жаль, но я не мог помочь абсолютно ничем — мое сырое тряпье никого не согрело бы. Придется идти так и греться от работы мышц. Очень надеюсь, что не подхватит воспаление легких или что похуже. Зеленый луч все-таки тоже не панацея.
Двинулись мы опять туда же, куда и вчера. Честно говоря, переться в одну сторону мне казалось очень тупой идеей. Понять и перехватить гораздо проще. Тем не менее перечить не стал — видел, что бесполезно. Тварь не свернет с пути.
