Тристанийские каникулы полностью

— Эй, послушай. Когда ты используешь магию, после этого хоть как-нибудь приводи в порядок растрепавшиеся волосы и сбившийся плащ. Женщина — это в первую очередь внешность. Содержимое головы — это вторично, ведь так?

Кирхе поправляла своей подруге волосы и одежду, как если бы старшая сестра беспокоилась о младшей сестре, или мать беспокоилась о своей дочери.

Гиш посмотрел на них. "Почему эта до мозга костей испорченная германская девица открыла свою душу только Табите? — с сомнением подумал он. — Несмотря на то, что сейчас — летние каникулы, эти двое, не поехав по домам, действуют вместе. Вдобавок, если заглянуть еще дальше в прошлое, эти двое обладают телепатией. Табита по натуре неразговорчива, однако, по одному знаку глазами способна понять намерение своей подруги, у них такие великолепные отношения, словно у сестер.

Однако… — Гиш напряженно думал. — Определенно, в самом начале после поступления в Академию у этих двоих не было таких хороших отношений, я уверен. Я был тогда без памяти от другой девочки и не очень хорошо помню, однако разве не вызвала переполох дуэль между ними?"

В тот момент, когда Гиш уже намеревался расспросить об этом, в таверне появились новые посетители.

Это были дворяне с приятной внешностью. У них на головах были изящно надеты широкополые шляпы с плюмажами, а из-под полы плащей выглядывали волшебные жезлы в форме мечей. Похоже, это были офицеры Королевской армии.

От них еще пахло дымом, вероятно, они посвящали все свое время боевой подготовке. Они вошли, оживленно переговариваясь, после чего сели за стол и начали осматриваться.

Дворяне все как один начали давать оценку официанткам в таверне. Разные девочки по очереди подходили к ним налить вина, однако положение вещей было таково, что они так или иначе не понравились офицерам. Один из этих мужчин заметил Кирхе и сделал знак глазами:

— Разве вон там — не девушка-дворянка?! Девица, которая сможет гармонировать с нами, тоже должна носить волшебную палочку!

— Вот это правильно! Ведь это — выходной, который господа офицеры Королевской армии в кои-то веки получили от Ее Величества? Невозможно расслабиться, когда простолюдинки наливают нам вина.

Высказывая такое мнение, они совместно обсуждали, кто пойдет с приглашением, и их голоса доносились до ребят. Похоже, Кирхе привыкла к таким ситуациям, поскольку она невозмутимо потягивала вино. Однако Гиш чувствовал себя совершенно не в своей тарелке. В общем, у меня такое положение, что я сопровождаю спутниц в качестве мужчины, однако у меня нет уверенности, что я смогу твердо противостоять соперникам-дворянам, которые, похоже, служат в гвардии или являются командирами полков. Полагаю, в финале я буду просто валяться на земле.

Через некоторое время, похоже, был определен человек, способный пойти с приглашением. Один из дворян встал. Это был весьма красивый парень чуть старше двадцати лет.

Преисполненный уверенности, он, подкручивая усы, приблизился к Кирхе, после чего поклонился изящным движением:

— Мы — офицеры, приписанные к Наваррскому полку. Покорнейше желал бы проводить за наш стол дворянку, которая кажется олицетворением красоты.

Кирхе ответила, даже не взглянув в его сторону:

— Извините, я как раз весело провожу время с друзьями.

Со стороны его приятелей долетело улюлюканье. Вероятно, офицер подумал, что не сможет сохранить достоинство, если будет здесь отвергнут. Он принялся умолять Кирхе пылкими фразами:

— Может, как-нибудь повеселимся у нас? Я прошу вас изменить свое решение. Каждый из нас скоро отправится в опасное место, разве вы не подарите нам хотя бы временное счастье?

Однако Кирхе нелюбезно отмахнулась.

Дворянин с видимой досадой вернулся к своей компании.

— Ты не пользуешься популярностью у женщин, — когда ему сказали это, молодой дворянин замотал головой:

— Вы слышали ее акцент? Она — из Германии. Хоть она и дворянка, однако, какая-то она сомнительная!

— А вы слышали, что германские девицы — сладострастные? Добродетельные среди них — редкость!

— Боюсь, что она — протестантка!