Тирр появился прямо у него за спиной в клубах непроглядной, почти осязаемой магической тьмы и хищно ухмыльнулся, когда весь зал ахнул от изумления.
— Не беспокойтесь, дамы и господа, канарейка тут и никуда не исчезала! — громко возвестил маг, схватил клетку и повернул ее верхом к зрителям, чтобы те увидели на самом дне расплющенный комок желтых перьев. — Любуйтесь на эту магию! Всего-то клетка с двойными прутьями, когда срабатывает скрытый механизм, взведенные скрытые металлические прутья впечатывают птичку в дно, вот и все! А гонг был нужен только для того, чтобы вы не услышали звуков, с которыми механизм давит несчастную канарейку!
— Мерзавец! Мясник! — завопил тонкий то ли женский, то ли девичий голосок, явно расстроенный участью канарейки, и ему в такт послышались сдержанные мужские замечания: — и правда, какой говнюк... Что за низкопробного лошару нам тут подсунули?.. Пускай администрация вернет деньги... Гринписа на него нет...
— Белая магия, говоришь? — ухмыльнулся Тирр, глядя в лицо потрясенного недруга, — сильнее темной, говоришь? Ты просто кусок дерьма, вшивый жулик, решивший примазаться к моему таланту и при этом не гнушающийся делать такую вот мерзость!
— Как вы смеете?!! — внезапно тонко завизжал Уилсон, — по судам затаскаю!! До трусов раздену!!!
Тирр ухмыльнулся еще шире, и его замогильный голос прозвучал в притихшем зале на редкость зловеще:
— Если выживешь.
На ладони мага появился маленький сгусток пламени. Бросок был изящным, но медленным. Уилсон пригнулся, и позади него огонь расплескался по сцене, один из декоративных светильников в полу лопнул и погас. Лжемаг метнулся к выходу, Тирр щелкнул пальцами, с потолка спустилось черное, сотканное из тьмы щупальце и легко поймало убегающего за ногу, после чего вздернуло в воздух. Ассистентка жулика попыталась скрыться в гримерке, но тоже была поймана. Публика зааплодировала.
— Куда-то намылился, говнюк?
— Помогите! Охрана! Охрана!!
— Ори, хоть тресни, все равно никто не услышит, никто не поможет, — коварно прищурился Тирр, — на дверях — заклинание тишины. За пределами этого зала никто не услышит, даже если я тебя заживо свежевать буду. Это, кстати, идея.
Он отошел на десять шагов от подвешенного Уилсона и достал из кармана пару метательных ножей.
— Что ж, господа. Вы пришли посмотреть магию, не зная, что столкнетесь с жуликом. Но ладно, магию вы увидите. Настоящую магию. В исполнении единственного магистра магии на Земле.
Тирр велел щупальцу поднять жертву чуть повыше, размахнулся и метнул нож прямо в лицо Уилсону. Тот взвизгнул, выставив перед собой ладони, но стальной клинок, не долетев до цели всего полметра, внезапно вернулся обратно в руку мага.
— Что такое, кусок говна? Смерти боишься? Лови!
Уилсон снова взвизгнул, когда нож устремился к его лицу.
Из первых рядов раздался несмелый голос:
— Это, магистр, вы бы того... если у вас не дай бог порвется резинка, вы его убьете...
— Какая еще, мать ее в бога душу, резинка?!! — завопил Тирр и бросил нож к ногам зрителей: — где, йоклол побери, вы видите тут резинку?! Да, да, возьмите, не бойтесь, осмотрите! Убедились? Бросайте!
— Только не в человека! — предостерег одного зрителя другой.
— Да, конечно, — согласился Тирр, — вон, в ту стену бросайте!
Мужчина поднялся, размахнулся и бросил нож. Маг выждал полсекунды, затем поднял руку с растопыренными пальцами вверх, и летящий клинок, изменив свою траекторию под прямым углом, попал рукояткой прямо в раскрытую ладонь.
— Резинки, говорите?
В зале раздались жидкие хлопки.
Тирр повернулся к жертве:
— Ну что, мошенник? Продолжим?
— Не смейте!! Вы пожалеете об этом! Остаток дней своих в камере для психов проведете!!
— Ой, да что ты заладил? Я сделаю с тобой все, что захочу, и мне ничего за это не будет.
Маг выбросил руку, с его пальцев сорвалась струя огня. В одно мгновение брюки и пиджак Уилсона вспыхнули факелом, запахло паленой шерстью. Лжемаг тонко и пронзительно завопил, отчаянно дергаясь на привязи и размахивая руками. Одновременно в зале тоже раздались крики, призывающие прекратить казнь, кто-то вскочил и бросился к стенному шкафчику с огнетушителем. Ассистентка, опутанная щупальцем, тонко пищала.
Тирр щелкнул пальцами, огонь мгновенно погас.
— Хе-хе... Мои извинения, дамы и господа, я как-то не сразу сообразил, что вам будет неприятно видеть, как я устрою этому мерзавцу аутодафе...
Тут на пол сцены с волос висящего головой вниз Уилсона начали падать капли, маг принюхался.
— Клянусь Железной Цитаделью Ллос, это ничтожество обмочилось!! А-ха-ха-ха-ха!! В общем, тварь ничтожная, собирай манатки и проваливай из Вегаса! Тут нет места для двоих магов, а уж делить его с жуликом вроде тебя я и подавно не стану!
Тирр двинулся к выходу, прислушиваясь, как рыдает от пережитого ужаса и унижения Уилсон, затем щелкнул пальцами. Щупальца исчезли, освободив горе-фокусника и его ассистентку. Подвешенный Уилсон, само собой, упал, стукнувшись головой.
