Сгустки плазмы пронеслись во встречных направлениях. Ни один из наемников не успел сообразить, что пришла смерть. Благодаря малой дальности плазма, выпущенная Никой, прошила их защитные экраны, толстую броню и гласисные пластины как никчемные тряпки. Оболочки передних атомных реакторов лопнули, и участок густых джунглей диаметром в добрую тысячу метров превратился во взметнувшийся к небу факел. Вся органика внутри «Големов» мгновенно превратилась в пепел, после чего пламя с ревом метнулось дальше в джунгли, оглашаемые скрежетом металла, расплавляемого небывалым жаром.
Однако единственный выстрел, произведенный «Големом-1», не пропал даром.
Мои болевые сенсоры наполняют меня нестерпимым страданием. Защитный экран не может полноценно предохранить от огня «Хеллборов», поэтому плазма ближайшего «Голема» вонзилась в мою толщу. Керамическое покрытие брони вбирает немалую часть плазменной энергии, однако его конструкция не приспособлена для поглощения подобных зарядов. Заряд вонзается в мою заднюю башню. Сплав, из которого она сделана, на 300 процентов толще, чем на боках, однако и он не спасает.
Задняя башня взрывается. Толстый ствол «Хеллбора» переламывается, как тростинка, и перегруженные сети взвывают, истекая энергией, словно кровью. Впрочем, конструкция башни предусматривает локализацию повреждений. Внутренние экраны-прерыватели блокируют центральную полость, и сила взрыва уходит вверх. Крышка башни разлетается на куски, уничтожая мою заднюю сенсорную сеть, экран-прерыватель номер 14 выходит из строя. Перестают действовать ретрансляторы номер 8 и 10, противопехотное оружие справа и установки оборонительного огня с 30-й по 36-ю, однако вторичные экраны предотвращают более серьезные повреждения.
Я тяжело ранена, зато мои противники убиты наповал. Я провожу полную диагностику и включаю системы контроля полученных повреждений. Моя боеспособность составляет теперь 81,963 процента от полной, а пробитая башня представляет собой опасную брешь в броне, однако система контроля прибавит к моей боеспособности еще 6,703 процента от базового значения, на что уйдет 43,44 минуты плюс-минус 8,053 секунды. Я сохраняю готовность к ведению боевых действий.
В процессе диагностического обследования мой радар засекает цель на низкой околопланетной орбите. Цель не опознана, но я вычисляю с долей вероятности 95,987 процента, что это корабль-матка для транспортных кораблей класса «Фафнир».
— Боже! — прошептала Луиза Грэнджер, увидев на дисплее огромное тепловое пятна от двух испепеленных «Големов». Истина открылась ей во всей своей неприглядности: остановить и уничтожить оба «Голема» сразу могла только одна сила... Не успела она додумать эту страшную мысль до конца, как сенсоры нашли самого Боло.
Она стремительно обернулась и впилась безжалостным взглядом в перепуганную физиономию Скалли.
— Говоришь, у тебя был отличный план? — молвила она небрежно.
Я нацеливаю на корабль-матку оставшуюся в целости установку «Хеллбор» и выпускаю свой четвертый боевой заряд. Дрожь от пуска пробирает меня от развороченной башни до шипов гусениц.
