Триумф Боло полностью

— Ника... — раздался шепот Меррита. Его глаза чуть приоткрылись. — Мне надо... туда добраться...

Его покинули последние силы.

— Хорошо, — сказала Консуэла со вздохом, не включая микрофона. — Хорошо, Пол. Раз это так важно для вас обоих...

Я наблюдаю за полковником Гонсалес, вытаскивающей Пола из кабины. Члены ее экипажа выбираются из танка, спешат ей на помощь и легко поднимают Пола на руки. Они стараются не причинять ему боли, он все равно стонет, и я содрогаюсь от страдания.

Он в сознании. Возможно, оно уже угасает, но он успевает показать в мою сторону. Кто-то из экипажа Гонсалес возражает, но полковник быстро пресекает возражения. Они несут Пола ко мне.

Я открываю люк своего боевого отделения и привожу в действие устройства для загрузки ракет, составляя из них помост. Полковник Гонсалес поддерживает голову и плечи Пола, остальные принимают на себя вес его тела. Я слышу, как они пыхтят и как стонет он. Однако им удается поместить его в мое боевое отделение.

Полковник Гонсалес укладывает его на подвесной диван и устанавливает стабилизаторы. Медицинские зонды стабилизаторов приступают к работе, и я испытываю горечь, считывая их показания.

Пол при смерти. Проникающее ранение вывело из строя печень и селезенку. Тонкая кишка пробита в нескольких местах, потеря крови непоправима. Не понимаю, как ему удавалось так долго оставаться в сознании. Если в ближайшие четверть часа он не будет доставлен в больницу со всем необходимым оборудованием, то смерть неизбежна. Однако ближайшая больница находится в Киудад-Боливаре.

Мои медицинские зонды делают все возможное. Я не могу остановить кровотечение, но применяю болеутоляющее и зажимаю разорванные сосуды. Крови для переливания у меня нет, однако в моих силах ослабить его мучения и оттянуть неизбежную развязку. Он открывает глаза.

— Н... Ника? — прошептал Меррит.

— Пол. — Впервые Ника назвала его просто по имени. Посиневшие губы растянулись в слабом подобии улыбки.

— Я... Боже, дорогая... Я все испортил. Сандерс завладел ангаром. Я...

— Понимаю, Пол. Госпожа полковник!

— Слушаю, Эн-кей... то есть Ника. — Голос Консуэлы был тих, словно она не могла поверить тому, что слышала.

— Возвращайтесь в свой танк. Командир и я приведем вас в Киудад-Боливар.

— Но я... — Консуэла прикусила губу и щелкнула каблуками. — Будет исполнено, Ника.

— Спасибо, полковник.

Гонсалес и ее подчиненные вылезли из люка. Меррит пошевелился.

— У Сандерса остался... еще один человек. — Ему было трудно говорить, но он упрямо старался отчетливо произносить слова. — Новый командный код-пароль находится в моих персональных файлах. Заглянув туда, он сможет...

— Пока ты жив, ты мой командир, Пол, — тихо ответила Ника, закрывая люк. Дождавшись, чтобы Гонсалес со своими людьми забралась в танк, она развернулась и быстро достигла скорости семьдесят километров в час — максимума, доступного «росомахам» даже на проделанной ею широкой просеке.

Меррит положил слабеющую руку на ручку дивана.

— Мне долго не протянуть... — прошептал он. — Жаль... Прости, что не доложил обо всем в Центр. Тогда сюда кого-нибудь прислали бы, и... — Он закашлялся и скорчился от боли. В следующую секунду его взгляд упал на главный тактический экран, показывавший горящую столицу. Он задохнулся от гнева — Мерзавец!

— Мы с ними разделаемся, Пол, — твердо заверила его Ника.

— Обещай, — прошептал Меррит. — Дай мне слово, Ника.

— Обещаю, Пол, — тихо отозвалась громадная машина.