— Вы живете со мной в моей квартире, — охотно объясняет Холодильник и упрекает. — Вы перестали обращаться ко мне по имени. А я свое слово сдержал: ночью вас не беспокоил, хотя мне пришлось привязать себя к кровати морскими канатами.
— Послушайте, Саша! — энергия возмущения питает мой ум и мое тело. — Это перешло все границы! Вы не можете заставить меня жить с вами!
— Почему? — холодно спрашивает Холодильник. — Могу. Одну ночь вы уже провели здесь. Что мешает провести вторую? Третью?
— В качестве кого, Саша?! — иронизирую я, в бессильной злобе мои руки сжимаются в кулаки. — Вы забыли, что я вам десятки раз уже объясняла? Я не буду вашей любовницей!
— Никто вам и не предлагает, — Холодильник протягивает руку и берет мою косу.
— А что же вы предлагаете? — совершенно ничего не понимаю и тяну косу к себе.
— Деловое предложение, — уверяет меня Холодильник, наматывая мою косу на свою руку и приближая мое лицо к своему. — Вы живете здесь, со мной. Сегодня вечером придут специалисты с эскизами, выберете себе интерьер. Хотите — сами нарисуйте, что вам нужно.
— Мне ничего не нужно! И я не буду с вами спать! — надо срочно звонить в полицию или вызывать омон.
— Я не сказал спать, я сказал жить! — Холодильник слегка натягивает мою косу. — Клянусь, что не зайду в вашу комнату без приглашения и в свою силком не потащу.
— Тогда зачем все это? — пытаюсь освободиться, но не могу отодвинуться ни на миллиметр. Хватка Холодильника только усиливается. Рычу сквозь зубы. — Вы оставите меня без волос!
— Ни в коем случае! — нежно отвечает Александр Юрьевич. — Я буду их беречь…
Он снимает с кончика косы резинку и начинает медленно распускать мои волосы, пропуская пряди между своими растопыренными пальцами.
— У вас волшебные волосы, Нина, — горячий шепот обжигает мои губы, но он не целует меня. — И глаза тоже волшебные. И сама вы…
— Волшебница? — догадываюсь я. — Вы ошибаетесь, Саша. Я самая обыкновенная. Просто вы не привыкли к отказам. Но игра затянулась…
— Никто с вами не играет, — спокойно отвечает мне Холодильник, хотя я прекрасно вижу, что это спокойствие дается ему крайне тяжело. Это понятно и по напряженным плечам, и по потемневшим глазам, и по окаменевшему лицу. — Все абсолютно серьезно.
— A вторая гостевая для Светланы? — не могу удержаться я от вопроса. — Или для Кристины? А может, обеих?
Мощным броском меня прижимают к стене, даже не успеваю испугаться, так быстро это происходит.
— Считаете это хорошей шуткой? — Холодильник упирается руками в стену по обе стороны от меня. — Довольны?
— Нет! — смело отвечаю я, парадоксально чувствуя себя в полной безопасности. Вот не могу сказать, что питает это мое спокойствие, но оно теплым душем окатывает мое тело. — Я очень недовольна всем, что происходит между нами!
— А что между нами происходит? — интересуется Холодильник, убирая от моего лица локон и заправляя его за ухо.
— Противостояние на пустом месте, — терпеливо объясняю я. — Вам не понравилось мое сопротивление — вы разозлились, потом разозлилась я. Как-то так…
— Давайте перестанем злиться, — мягко предлагает Холодильник, мазнув губами по моим губам, нежно прижимается своими губами к моей шее.
— Прекратите, — собираюсь паниковать я, но никак не паникуется, только жилка на шее пульсирует часто-часто.
— Я не могу вас отпустить, — словно извиняясь, глухо стонет Холодильник. — Я не трону вас, даже если мне придется отрезать себе… руки. Я поклялся себе, что дождусь вас, вашего добровольного прихода в мою… ко мне. И я буду ждать.
Я не знаю, что мне ответить на это признание, но мое внутреннее "я" еще не получило ответов на свои вопросы.
— Светлана! — напоминаю я, и Холодильник замирает, но не отходит.
— Расскажите мне о своей ревности, — по-мальчишески улыбаясь, просит Холодильник. — Это согреет мне душу.
— У вас есть душа? — нарываюсь я на ссору, но ничего не получается.
— Оказалось, что есть. Сам удивлен, — Холодильник, наконец, убирает руки и отступает на шаг. — Когда вижу вас, думаю о вас, у меня давит вот здесь. Холодильник кладет руку себе на грудь.
— Надо больше отдыхать, — тихо советую я. — Сердечные болезни помолодели.
— Вы могли бы попытаться меня подлечить… — тепло-карие глаза обшаривают мое лицо в поисках нужного ответа.
— Вас есть кому лечить, — не сдаюсь я, продолжая удерживать главную нить разговора.
— Я никогда не был близок со Светланой, — прожигая меня взглядом, говорит Холодильник. — И никогда не буду.
— Она ваша невеста, — шепотом напоминаю я.
— Бывшая! — резко отвечает Холодильник.
— А она об этом знает? — с сомнением спрашиваю я, почему-то ощущая, как глупое сердце запустилось мотоциклетным толчком.
— Безусловно, догадывается, — недобро усмехается Холодильник. — Сегодня узнает точно. Вы это хотели услышать?
Я пожимаю плечами. Я не знаю, что я хотела услышать. Но вопросы у меня не кончились:
— Что заставляет вас думать, что отсутствие у вас невесты как-то поменяет мое к вам отношение?
— Я очень на это надеюсь, — после небольшой паузы отвечает мне Холодильник.
— На самом деле это облегчает понимание ситуации только для вас, но не для меня,
