Беговой стиль Хадсона не относился к числу традиционных: он бегал, сцепив руки за спиной. Сейчас, когда Кролик упомянул об этом, я осознал, что подобный стиль наверняка привлекает к себе негативное внимание — и что соответствующий пункт следовало бы включить в мой исходный список навыков.
— Вас беспокоит, что он может не внести достаточного вклада в работу команды? Но вряд ли это так важно на соревнованиях для младших классов.
— Меня беспокоит, что они его выбрали капитаном просто для забавы. Чтобы над ним посмеяться.
Мы с Хадсоном сели вместе, за несколько рядов от первого. Чуть позже пришла Алланна и заняла соседнее со мной место. По другую сторону от нее расположилась Бланш.
Семинар по половому просвещению вели два приглашенных учителя-специалиста, мужского и женского пола. Их наглядные материалы оказались превосходными. Я заметил некоторые упрощения, но они, вероятно, были необходимы вследствие ориентации на младшие классы. Основная часть материалов касалась физического развития организма, а также необходимости уважать других учащихся вне зависимости от их гендерной принадлежности и сексуальной ориентации.
— А теперь — важный вопрос. В каком возрасте можно забеременеть? Тут есть врачи?
Кто-то указал на свою соседку, но та сообщила:
— Я — хирург, моя специальность — челюстно-лицевые операции. Думаю, это вопрос для кого-то, кто занимается репродуктивной медициной.
Алланна шепнула мне:
— Вы ведь наверняка знаете, да?
— Приблизительно.
И она указала на меня! Ведущая-женщина увидела это — что, очевидно, и входило в намерения Алланны. Мое инкогнито оказалось раскрыто.
— Вы по профессии?.. — обратилась ко мне ведущая.
— Генетик.
— А-а-а-а, — тихо простонал рядом Хадсон.
— Означает ли это, что вы можете сказать нам, в каком возрасте уже возможно забеременеть?
— Не вследствие того, что являюсь генетиком, а лишь благодаря общей начитанности.
Повисла небольшая пауза, после чего раздались негромкие смешки.
Я сделал пояснение:
— Так что да, могу.
— И какой же ответ?
— В возрасте шести недель. Но только если вы мышь.
На сей раз я удостоился довольно громкого смеха.
— Класс, — одобрил Хадсон. — Годится.
— А если вы человек?
— Разумеется, здесь есть определенное статистическое распределение. Один из экстремумов на этом графике — случаи преждевременного созревания. Зафиксированы примеры, когда люди шестилетнего возраста производили на свет потомство.
Зал загудел, что не стало для меня неожиданностью.
— Но средний возраст наступления детородного периода у получающей достаточное количество питательных веществ человеческой особи женского пола составляет приблизительно двенадцать-тринадцать лет. Если в этом возрасте девочка вступает в сексуальный контакт, довольно высока вероятность беременности.
Я сделал именно то, что запретила делать Рози, — упомянул о сексе между детьми. Требовалось как-то компенсировать это. По счастью, у меня имелся идеальный пример для того, чтобы увлечь ум миллениала, — история из личного опыта.
— Разумеется, мало кто вступает в сексуальные отношения столь рано. В моем случае этот возраст составил сорок лет.
Зал взорвался хохотом, и на сей раз я отлично понимал, что хохочут не над моей шуткой, а
Я, можно сказать, в буквальном смысле перенесся в начальную школу — и снова столкнулся с повергавшим меня в смущение сексуальным просвещением. Тогда я пытался выступать в роли классного клоуна. Теперь же поставил себя в неловкую ситуацию, обнародовав личную информацию, которую другие могли использовать, чтобы высмеивать меня. И целый зал, полный учащихся начальных классов, сейчас делал именно это (я заметил, что к ним присоединились и их родители).
Именно такой сценарий рисовался мне в фантазиях в двадцать с чем-то: я возвращаюсь в школу со своими взрослыми познаниями и реагирую на опасную ситуацию проницательным и уместным замечанием, которое продемонстрирует всем мои ум и зрелость.
В моей голове роились всевозможные идеи: привести статистику возраста начала сексуальной активности (которой у меня не было); провести психологический анализ личностных дефектов, приведших к тому, что их обладатели сочли мой поздний старт забавным, в то время как для меня самого он много лет был причиной огорчения; сопоставить мое успешное долговременное партнерство с самой прекрасной женщиной в мире и с их, возможно, несчастливой семейной жизнью.
Ни одну из этих идей я не смог облечь в форму лаконичного и неопровержимого утверждения. Между тем Хадсон снова и снова повторял свое «а-а-а-а».
Я заметил, что ведущие семинара совещаются между собой. Когда смех наконец утих, они принялись аплодировать — и побуждать аудиторию следовать их примеру. Ведущий-мужчина жестом попросил меня встать.
