Я приподнялась на руках, запыхавшись и сглатывая, а затем Оскар взял мой подбородок в свои пальцы и поцеловал меня, очищая мой язык и слизывая свое семя. Аарон держал мои бедра крепкой хваткой, пока он трахал меня сзади, и я не смогла не посмотреть через плечо, чтобы увидеть, как каштановые волосы прилипли к его вспотевшему лбу.
Позволив голове упасть, я упиралась в него своими бедрами, встречая его толчки своими собственными.
— Черт, нахрен все, — услышала я бормотание Хаэля, а затем он подошел ко мне, сел на пол и позволил мне решить, хотела ли я или нет прикоснуться к его члену. Хотела, я опустила свой рот на кончик и сильно сосала его, пока его бедра толкались в ответ.
Аарон вышел до того, как закончил, а затея я почувствовала очень горячий жар его освобождения на своей спине и заднице.
Он опустился на колени и направил голову своего члена в мою киску, скользнув в нее медленно и приятно, пока я в ответ отчаянно лизала и сосала член Хаэля, щелкая своим языком по пирсингу на кончике, пока его бедра отрывались от пола вверх.
Оскар, Аарон и Виктор были близко прижаты, наблюдая. Ну, Оскар и Аарон наблюдали конкретно за мной. Вик же смотрел на всех нас, его темные глаза вбирали его стаю волков, его псов войны.
Вик подождал, пока Хаэль кончит мне в рот с резким, мужественным криком, рука Хаэля сжала мои волосы в кулак, пока он толкался насколько мог глубоко в мое горло. Когда он закончил, то достаточно отодвинулся, чтобы у нас с Кэлом было пространство двигаться, качаясь друг на друге.
Мое тело дрожало, пылая от неистового жара, когда Каллум потянулся к моему клитору, проводя большим пальцем по затвердевшему узлу. Впиваясь ногтями в пол, я двигалась напротив него, вырывая эти бархатные звуки из его горла, те, что одновременно были грубыми и нежными. Словно голос, который был у Кэла, если бы его не избили так жестоко, и его нынешний голос были переплетены и неразрывно связаны вместе.
Он подарил мне первый оргазм за ночь, мгновенное содрогание мышц и задыхающийся вдох, который вылетел из моего горла, пока я безуспешно пыталась держаться, но рухнула на колени Хаэля, когда по мне прошли последние отголоски удовольствия. Хаэль держал меня, пока Каллум кончал внутрь, мои шелковистые внутренние мышцы пульсировали и доводили его до кульминации так, как веками учила мужчин эволюция.
Первобытно. Примитивно. По-животному.
Мы были всем этим, но еще мы были и чем-то гораздо большим. Во мне и парнях Хавок был
Каллум рухнул назад, и я села, а затем Вик поманил меня, словно звал в свой тронный зал. Его темный взгляд прошелся по остальным парням, напоминая им, что причина, по которой они были в замешательстве, когда он сказал, что я принадлежу ему, состояла в том, что они позабыли, что тоже принадлежали ему.
Его стая. Его волки. Его Хавок.
Виктор обнял меня и запустил свою большую руку в мои волосы, врезаясь в мой рот своим в шквале искр, света и жара, как во время электрической бури в теплую летнюю ночь, когда сверкают молнии и льет дождь. Как будто бы Вик — это приближающийся стихийный удар, о необходимости которого я даже не подозревала. Сила природы.
Он переместил свою хватку на мою задницу, хватаясь своими жадными пальцами в обе ягодицы, а затем подвинулся, чтобы насадить меня на этот его огромный член, опуская меня, пока мы, наконец, полностью не соединились вместе. Наши взгляды задержались друг на друге, наше дыхание участилось. Мне даже не нужно было двигаться, потому что Вик было более, чем счастлив делать всю работу, покачивая мои бедра своими руками и поднимая свой таз с пола, чтобы толкаться в меня.
А затем, словно в разгар чуда, Виктор пригласил оставшихся богов к своему двору, чтобы присоединится к нам. Он лег на пол со мной, поверх него, оседлавшая его член и двигая бедрами в поиске больше удовольствия. Больше, больше, больше. Это все, о чем я могла сейчас думать.
Пот стекал по моим изгибам и татуированному телу, когда Аарон прижался близко ко мне сзади, засунув пальцы мне в рот и побуждая пососать и причмокивать, прежде чем переместить их к моей заднице. Он ввел один, затем второй, издавая рванный стон у моего горла, что заставило меня изогнуться и извиваться, сидя на Вике, мои пальцы впились в его грудь.
