Триумф в школе Прескотт полностью

— Я стою прямо перед тобой, — сказала я, а потом облизала нижнюю губу. На вкус она была, как едкие, колкие замечания, дерьмо, яд и поганая лжи. Я не могла остановить следующие слова, слетевшие с моих губ. Словно они были призваны какой-то темной богиней, только чтобы разжечь драму. — Или ты говорила про ту, которую на постоянной основе позволяла насиловать своему мужу?

Рот Памелы сжался в линию, но она не среагировала, не так, как я настолько отчаянно хотела бы.

— Где Хизер? — огрызнулась она, и я улыбнулась.

Хизер.

Я не позволю никому использовать ее или навредить ей, ни за что.

— Вне твоей досягаемости, — сказала я, скрестив руки на груди. На мне была старая футболка с лицом какого-то ужасного парня спереди со словом «НЕТ!», перекрывающего его глаза. Не помню, был ли он просто расистом и сексистстом ведущего реалити-шоу или он был сенатором или что-то вроде такого. Возможно, он даже был президентом, но, черт, я не помнила. Думаю, футболка раньше принадлежала Пен, но она лежала в спортивной сумке, полной одежды, которую я собрала, когда оставалась у Кэла. Не помню, чтобы клала ее, но я чертовски уверена, что рада иметь ее. — А что? Переживаешь за нее?

— Я говорила тебе, что ты пожалеешь, если будешь злить меня, — предупредила меня Памела, качая головой. — А теперь Найл мертв из-за тебя.

Я вскинула бровь. Это идеальная возможность проверить мои навыки лжи. Они были отточены до совершенства, живя в Прескотте. От себя я не ожидаю ничего меньше идеальности.

— Из-за меня? Нет, он работал на какую-то банду-расистов из Портленда. Скорее всего, это они его прибили, — я замолчала, когда Пэм уставилась на меня схожими изумрудными глазами. Почему у нас ней должны быть одинаковые глаза? Одинаковый цвет кожи. Одинаковый оттенок пепельно-светлых волос (когда они не подвергаются чрезмерной обработке). Это не честно, что мы так похожи. Если у меня так много ее физических черт, было ли в моей ДНК что-то из ее уродства? — Ты же…не убила его сама, не так ли? — засомневалась я, и ноздри Памелы широко раздувались, от тошнотворно-сладкого аромата ее духов у меня кружилась голова.

Или, может, из-за потери крови? Понятия не имею. Я поставила руку на стену, чтобы удержать себя.

— В какую херню ты играешь, маленькая девчонка? — спросила Памела. И, блять, клянусь — прямо здесь и сейчас у меня должен был начаться приступ ПТСР. Маленькая девчонка, маленькая девчонка, маленькая девчонка.

— Сиди здесь и подумай о том, что ты сделала, маленькая девчонка, — ногти Памелы так сильно впивались в мою руку, что горячая кровь потекла по моему локтю, капая на пол.

Она так сильно затолкнула меня в ванную, что я пошатнулась, ударилась подбородком об ванну, пока слезы, словно реки, текли по моему лицу. В ванной что-то пахло отбеливателем.

— Мам, прости меня! — рыдала я, поднимаясь на ноги и стараясь добраться до двери, пока она не хлопнула ее перед моим лицом и не заперла ее снаружи. Я не осознавала, пока не стала старше, как странно иметь замок на двери ванной снаружи. — Мам, прошу!

Я не хотела проливать апельсиновый сок. Пен засунула картошку фри в нос, и я так сильно рассмеялась, что ударила его ногой. Я не хотела. Не хотела…

Я покачала головой и потянулась пальцами к виску. Оскар ждал у края дороги, его глаза были острыми, как кинжалы. Наши взгляды встретились, но лишь на секунду. Затем Памела ударила меня по лицу, когда горячая кровь потекла по моим ногам. Я до краев заполнила свою чашечку. Опять.

Забудьте о том, что я говорила о замедлении кровотечения. Полагаю, это было слишком оптимистично и очень скоро.

Я почувствовала головокружение.

Я приложила руку к щеке, но не ответила. Мне и не нужно было.

— Знаю, ты была расстроена, когда увидела то видео, на котором Найл насиловал Пенелопу. Любая бы мать была. Вообще-то, я не виню тебя за то, что ты сделала…

Памела буквально не отходила от меня ни на шаг. Это белое отребье, южное дерьмо для вас. Однажды ее лучшая подруга пошла на вечеринку по случаю Хэллоуина без нее. Надо было видеть, как взорвалась моя мать. «Я уничтожу эту пизду! Я. Ее. Уничтожу!» Она вырвала у женщины серьги и так сильно ударила ее по лицу, что у нее случился перелом.