— Ни со Стейси, ни с одной из ее девочек,— пообещал Хаэль, изобразив крестик в видео буквы Х на своем сердце. — Знаешь, как говорится, не гадь там, где ешь? Я перетрахал многих девочек Фуллера, нескольких отпрысков из Оак-Вэлли. Все знают, что девчонки Прескотта бедовые, — он погладил меня по волосам, а я отдернула руку, но мне стало легче, услышав это. — Блэкберд…, — предупредил он, хватая меня за плечи, прежде чем я вышла на улицу.
Мы оба замерли, когда сверху эхом доносились ноты незнакомой песни, проистекающие из открытой двери квартиры.
— За Стейси! — услышала я, а затем был слышан звук, открывающейся бутылки шампанского.
Спустя мгновение я узнала песню и фыркнула. Pussy Riot — Straight Outta Vagina. Если честно, она подходила.
— Что? — спросила я, когда поняла, что Хаэль все еще смотрел на меня, словно я запуталась в этом гребанном заговоре.
— Ты не встретишься с Мейсоном, — сказал он мне, в его голове был намек на предупреждение, который говорил, что он пойдет на компромисс в каких-то вопросах, но не в этом. — Блэкберд, ты только что потеряла нашего ребенка…
— Это было ничем, — пробормотала я, но Хаэль сильнее сжал мои плечи, наклоняясь, чтобы посмотреть в мои глаза.
Его карие глаза потемнели серьезности ситуации.
— Ты не подвергнешь свою жизнь риску в тупой войне. Я бы с таким же успехом собрал вещи и уехал. При всем моем уважении к Прескотту, как бы ни были удивительны эти деньги, они того не стоят, если тебя нет рядом. Ты меня поняла?
Я уставилась на него, но шестеренки в моей голове все еще крутились.
Было бы даже лучше, если я вошла в комнату с Мейсоном. Потому что тогда я была бы уверена, что лишь один из нас выйдет из комнаты живым.
— Блять, — выругался Хаэль, стиснув зубы, когда отпустил меня и выпрямился. — Подожди, когда об этом услышит Вик, — он резко отвернулся и направился к входной двери, открывая нараспашку стеклянную дверь и позвав Виктора.
К моменту, когда я присоединилась к нему, то уже поняла, что Вика посвятили в ситуацию.
— Этого не будет, — сказал мне Виктор, но я лишь ответила на его темный взгляд своим собственным.
Злые дела, совершаемые в темноте, — наш конек.
Я уж представляла все способы, которыми могла добраться до Мейсона даже до того, как он поймет, что я иду.
* * *
Вокруг меня были гробы и маленькие могилы, море атласа и красного дерева, будто злобное напоминание о том, что смерть поджидала за каждым углом. В частности, в том, который я рассматривала, интерьер выкрашен в красный цвет, как в том, в который мы заживо похоронили Тинга. Смотря на него сейчас, я пережила весь момент в своей голове.
— Ты витаешь в облаках, — прошептал Оскар из-за моего плеча, гладя мои волосы и заставляя меня дрожать.
Было что-то в его голосе…какая-то поистине лукулловская роскошь, которая пробрала меня до глубины души. Словно он разработал этот голос, чтобы мир не увидел его испорченность и темноту, обитающие внутри него.
Я снова задрожала, отходя от гроба, стоящего передо мной, когда признание Оскара о его отце застряло в моей голове. Он не сдвинулся с места, мое тело ударялось о его. Длинные, татуированные пальцы обвились вокруг розового рукава моей кожаной куртки Хавок.
— Давай просто выберем один для бедной Стейси и смоемся отсюда, — промурлыкал он, внезапно отпуская меня и отходя в сторону, пока директор похоронного бюро стоял в углу, потный и нервный, ему явно было не по себе от присутствия двух членов Хавок в его заведении. — Какая вообще разница? — Оскар замер и провел одной рукой по боковой части черного гроба, закрыв глаза, словно он тоже был пойман в определенной ловушке кошмарных воспоминаний.
— Нет, — я посмотрела толстого мужчину в темном костюме и мрачно обеспокоенного. — Вон.
Мужчина колебался около доли секунды, а потом потащил свою жалкую задницу к двери.
Я повернулась к Оскару и обнаружила, что он наблюдал за мной через новую пару очков. Эти были черные, прямоугольные, настолько заостренные и строгие, что с таким же успехом они могли оказаться колючей проволокой, защищающей его глаза от душевного поиска, в котором они так нуждаются.
— Вы, ребята, используете это место…, — я замолчала на случай, если здесь были камеры.
Мне не нужно было заканчивать фразу — Оскар сразу понял, о чем я:
