МАКС (подходя к КНЯЗЮ): Тысяча извинений, durchlaucht[37]! Но получается, что по нашей же глупой оплошности мы попали в другой дом. Если я объясню вам обстоятельства, вы, возможно, извините нас. Мы были приглашены на бал в дом графа Аксельманштейна, где мы и собирались остановиться. Заплутав в горах и не быв в доме прежде, и завидев этот освещенный дом, мы заключили, что это и есть дом, который мы разыскиваем. И поскольку было крайне маловероятно, что два дома в этой пустынной местности будут давать бал одновременно, мы пришли к вам, думая, что сюда нас и приглашали. Мы только сейчас поняли нашу ошибку. Еще раз приношу вашей светлости тысячу извинений.
КНЯЗЬ ФЕРДИНАНД: В этом нет нужды. Если вы пришли в мой дом по ошибке, я только рад приветствовать вас здесь. К нам редко заезжают гости; и сейчас довольно поздно уходить, ибо до графа Аксельманштейна далеко добираться. Я с превеликим удовольствием предлагаю вам свое небольшое гостеприимство.
ГРАФИНЯ ШТЕРН (ПЕРВОМУ МОЛОДОМУ ЧЕЛОВЕКУ): Положительно, сегодня князь en veine[38]. Эта фраза о гостеприимстве положительно комична.
ТРЕТИЙ МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК (проходя): Гостеприимства здесь действительно немного, и я бы не рекомендовал пользоваться тем, что есть.
ВТОРОЙ МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК (вставая рядом): Вот надоеда! Вечно ты оплакиваешь нашу судьбу; а поскольку мы не можем ее изменить, то мы должно смириться с тем, что есть. В любом случае, присутствие новых спутников нас отвлечет.
ТРЕТИЙ МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК (грустно и задумчиво): Когда-то я надеялся попасть на Небеса, прежде чем меня научили ни во что не верить. Это была наша вина. То, что мы здесь, верно и справедливо. Но, пребывая в преисподней, почему мы должны тащить за собой в бездну и других?
МАДАМ ДЕ ЛА ВАЛЬЕР (подошедшая к ним, ударяет ТРЕТЬЕГО МОЛОДОГО ЧЕЛОВЕКА веером): Право, Леонгард, вы изрекаете бессмыслицу. Я начинаю думать, что вы ревнуете.
ЛЮСИЛЬ (подходя к ним): Что здесь за шум? И почему мы не танцуем?
ТРЕТИЙ МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК: Много шума из ничего! Танцы должны начаться прямо сейчас.
АНТУАН (КНЯЗЮ): И снова говорю — пощадите их!
КНЯЗЬ (поворачиваясь к нему): Хорошо, дорогой, ради тебя.
КАРЛ (МАКСУ): Ну что, думаю, не пора ли нам идти? Или стоит принять приглашение князя? Становится уже поздно: мы можем с тем же успехом переночевать и уйти утром, объяснив все Аксельманштейнам завтра. История получится весьма забавной.
МАКС (КАРЛУ): Нет! Мы должны убираться отсюда во что бы то ни стало. Здесь есть что-то ужасное и необъяснимое. Неужели у тебя нет подобного чувства?
КАРЛ: Ну, да, есть, наверное, ты прав. Давай же уйдем.
МАКС (КНЯЗЮ): Durchlaucht, предложенное вами гостеприимство льстит нам. Однако боюсь, что мы не можем его принять. Видите ли, нас ожидают в доме Аксельманштейнов; и если мы не прибудем, они решат, что с нами что-нибудь случилось. И когда вы были столь любезны простить наше непростительную нескромность, возможно, вы не откажете в любезности указать, какую дорогу нам следует выбрать, чтобы попасть в разыскиваемый нами дом.
КНЯЗЬ ФЕРДИНАНД: Мне очень жаль; но так как это для вас вопрос необходимости, мой слуга отправится с вами и покажет, где нужно сворачивать. Антуан, отправляйся с господами — но не далее перекрестка.
АНТУАН (резко): Слушаюсь.
(КАРЛ и МАКС в сопровождении АНТУАНА выходят)
ЛЮСИЛЬ (кричит): Мы что же, совсем не будем танцевать?
ГРАФИНЯ ШТЕРН: Вы хотите сказать, что отпускаете этих людей?
МАДАМ ДЕ ЛА ВАЛЬЕР: Этих прелестных молодых людей, которые обещали нечто новенькое!
ГРАФИНЯ ШТЕРН: Вы, явившийся причиной всего этого!
ПЕРВЫЙ МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК: Вы отпустили их; но почему не нас?
КНЯЗЬ ФЕРДИНАНД: Вы не просили меня об этом.
ГРАФИНЯ ШТЕРН: Вы не дали нам такой возможности.
МАДАМ ДЕ ЛА ВАЛЬЕР: Жалость, кажется, новый элемент в вашем характере.
ВТОРОЙ МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК: Раз мы таковы, так останемся же такими навеки! Давайте начнем мазурку. Почему мы пререкаемся друг с другом здесь?
ТРЕТИЙ МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК: Да, здесь. Где плач и скрежет зубовный!
(КНЯЗЬ играет мазурку; они танцуют и разражаются хохотом).
<p><strong>СЦЕНА ТРЕТЬЯ</strong></p>Тот же перекресток, что и в Сцене первой; КАРЛ и МАКС в двуколке, АНТУАН сзади.
КАРЛ: Все-таки здорово, что нам удалось улизнуть из того дома! Что это такое было? Полагаю, лечебница для душевнобольных.
МАКС (серьезно): Нет, у меня сложилось другое мнение. Во всяком случае, давай не будем говорить об этом сейчас, — паж может услышать, к тому же при всей их эксцентричности эти люди были весьма любезны.
КАРЛ: Ба! Паж говорит только по-французски. Какая разница, что говорить?
