— Вы говорите о бывшем инспекторе, работавшем на компанию «Пейс — Тривейн» в Нью-Хейвене? — спросил Нэпп.
— Да, — ответил Купер. — А Сан-Бернардино расположен в двадцати минутах от Пасадены, где находятся заводы «Дженис индастриз», с которыми, как вы знаете, сейчас возникло столько проблем...
Нэпп взглянул на Нортона.
— Продолжайте, генерал!
— Итак, «Леар» улетел во вторник утром; пунктом его назначения значился Бойсе в Айдахо. Простояв на аэродроме всего час, он взял курс на Такому, штат Вашингтон. Боннер утверждает, что именно с этого момента на сцене вновь появился Алан Мартин, а молодой горист Сэм Викарсон исчез...
— Такома! — раздраженно воскликнул Нортон. — А там-то что, черт побери?
И снова ему ответил Роберт Уэбстер, который, потягивая виски, к этому времени уже опьянел. Взглянув сверху вниз на встревоженного сенатора, он спокойно пояснил:
— Такома находится в штате Вашингтон, сенатор Нортон, в часе езды от Сиэтла... Рядом с городом возвышается целый комплекс зданий, обнесенных забором в десять футов высотой. По чистому совпадению этот комплекс также связан с «Дженис индастриз». Называется он «Белстар».
— О Господи! — На этот раз Нортон не смотрел на посланца Белого дома. Он не спускал глаз с Нэппа, который говорил с генералом Купером.
— Ну, а второй «леар»? Есть у вас о нем что-нибудь?
— Все! — ответил Купер. — Он вылетел из международного аэропорта в Хьюстоне. А до этого был в аэропорту Даллеса. Наши информаторы из «Потомак-Тауэрз» сообщили, что специалиста по аэронавтике Майкла Райена и эти дни в офисе не было, а Боннер утверждает, что он находился в Бойсе...
— Значит, Райен смотался в Хьюстон, — спокойно произнес Нэпп. — Можно даже предположить, что наведался в лаборатории «Дженис». У них есть книга регистрации посетителей, надо проверить, к кому он там приходил...
Он встал с кресла, подошел к бюро времен античности, на котором стоял французский телефон, и сказал:
— Я знаю, кому позвонить...
— Не беспокойтесь, сенатор. Мы уже звонили и выяснили, что Райен никогда не показывался в лабораториях!
— Вы уверены, генерал? — застыл на месте Нэпп. — То есть, я хочу спросить, как вы можете быть в этом уверены?
— Но мы тоже знаем, кому надо звонить! Во всяком случае, я знаю!
Некоторое время они пристально смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Это было поражение Нэппа. Генерал более чем убедительно доказал, что военные имеют доступ к таким дверям, о которых прочие официальные лица и не догадываются. И Нэпп понял это.
— Хорошо, генерал. Райен не был в лабораториях... Но где же он тогда был и зачем летал в Хьюстон?
— Час назад я получил ответ на первый вопрос, но не успел разобраться со вторым.
— А сможете?
— Потребуется некоторое время.
— Дело как раз в том, — закричал со своей кушетки Нортон, — что у нас его нет! Черт бы их всех побрал! Вот уж воистину штормяга в девять баллов.
— Ради Бога, — поморщился Нэпп: бывший морской офицер, он терпеть не мог, когда Нортон к месту — не к месту сыпал морскими шуточками, — оставьте свои боцманские штучки при себе.
— Сию минуту! — запальчиво отозвался Нортон. — Только прикажите!
— Хорошо, хорошо, — пошел на попятную Нэпп. — Извините, Джим... Так что вы думаете по этому поводу, генерал?
— Надо обсудить ситуацию. И как можно серьезнее.
Отойдя от рояля, Уэбстер произнес:
— Тривейн посылает высококлассного специалиста по финансам в Пасадену. Сразу возникает два вопроса: с кем он должен увидеться и для чего? В то же время специалист по аэронавтике, тоже один из лучших, летит в Хьюстон. Райен, конечно, мог и не заходить в лаборатории, но он, разу греется, прибыл в Хьюстон, чтобы встретиться с кем-то, так или иначе с лабораториями связанным... А юрист копает вокруг «Белстар». Все это мне очень не нравится... — Сделав глоток из своего вновь наполненного стакана, Уэбстер договорил: — Еще немного, и Тривейн прижмет нам сонную артерию!
— Думаю, — произнес Уолтер Мэдисон, вытягивая руки — модные рукава поползли вверх, — что вам всем нужно помнить: Эндрю не мог и не может прицепиться к чему-нибудь серьезному. Мелкая коррупция... На этом он и успокоится. Удовлетворит свою пуританскую стерильность!
— Легкомысленное заявление, — заметил Нэпп, возвращаясь к своему креслу.
Сенатор прекрасно помнил, как возбужден был юрист на слушаниях, и его удивляло его нынешнее спокойствие.
— Но это сущая правда. Ведь любая сделка «Дженис» может быть оспорена, это больше всего и занимает Три-вейна. Я провел недели в изучении каждого вопроса, обсуждавшегося в конгрессе. Мои лучшие сотрудники тщательно рассматривали эти проблемы. Все, на что способен Тривейн, — так это вынюхать какое-нибудь мелкое воровство, не больше...
— О вас хорошие отзывы, — заметил Нортон. — Надеюсь, вы на самом деле так же хороши, как ваши рекомендации...
— Уверяю, сенатор, что да! Думаю, мои гонорары помогут, вам в это поверить!
— Сейчас меня больше волнует вопрос о том, за чем охотился Тривейн. Когда вы это узнаете, генерал?
— В ближайшие сорок восемь часов...
