- Как вам наш гость, ваше светлость? - конечно, никакая он не светлость, а вовсе даже сиятельство - с тех пор, как прадед Тиенны приравнял маркизов к графам, но немного лести не навредит.
- Откровенно, ваше высочество? - цинично усмехнулся Журден - он всегда был предельно "откровенен", но высший свет предупредительно закрывал глаза на некоторые причуды талантливого военачальника.
- О, откровенность нынче не в моде, ваша светлость, - Тиенна кокетливо повела плечом, стрельнула глазами и внезапно зло усмехнулась, - и все же?
- И все же наш гость, - брюзгливо процедил маркиз, - по-дурному глуп: такие, как он, выигрывают мелкие битвы, а потом теряют армии. Жаль, что его величество этого не понимает, - дерзко закончил д'Иль.
Значит, отец все же решился "помочь" нитрианцам. А д'Иль недоволен.
- Что ж, вам стоило высказать свою точку зрения его величеству раньше. До того как он принял решение, - Тиенна так и не поняла, против ли маркиз попытки полностью "переварить" умирающего соседа, или его не устраивает лишь кандидатура Норэ. Возможно, чересчур удобного герцога удастся сменить на кого-нибудь другого, ежели понадобится.
- Думаете, я не пытался, ваше высочество? - зло искривил губы д'Иль. - Увы, его величество ваш отец, если можно так сказать, закусил удила.
Да, в этом отец с Арлиндой очень похожи - оба упрямей мулов, с места не сдвинешь, если не захотят. Зато Лисая и Фред переменчивей ветра, в бабку по матери пошли, прославившуюся своими капризами и причудами.
- А что же вы, ваше высочество? Если и вам затея не нравится, что ж вы молчите? - прямо поинтересовался треклятый солдафон. Тиенна захотелось закатить глаза - ну кто же так делает, маркиз, так даже союзников не спрашивают!
- Увы, отец, как вы изящно выразились, закусил удила, так что не вижу, чем я могу быть полезна в таком случае, маркиз. Или вы думаете, отец станет меня слушать? - нет, не станет, Тиенна была уверена - его величеству Талену грезились нитрианские соль и дерево.
- И к чему тогда весь этот пустой разговор, ваше высочество? - ужасно грубо, зато откровенно. Да, маркиз любит... притворяться, что он любит откровенность. На самом деле д'Иль намного умнее, чем кажется на первый взгляд, другие в Высоком Городе не выживают, пусть они хоть считаются трижды военными гениями.
- Но разве от того, что вы узнали, что не одиноки, вам не стало легче, маркиз? - соглашайся, д'Иль, тебе сейчас нужны союзники.
- Здесь трудно быть одиноким, я бы даже сказал, почти невозможно, - пользы от союза маркиз не видел. Жаль. - Ваше высочество, - еще один танец подошел к концу, и главнокомандующий поспешил откланяться.
Тиенна разражено сложила веер. Что ж, посмотрим, маркиз, как вы потом запоете.
Утром у Тиенны разболелась голова, настолько, что она еле стала с кровати. Искушение вызвать медикуса и провести весь день в постели становилось все сильнее. Теперь-то уже можно не спешить, отца не переубедишь - Норэ дождется обещанной армии, Арлинда будет счастлива.
Бал прошел, можно подвести итоги, чудовищно. Отец, не смотря ни на что, решил выделить армию, командующий "умыл руки", Арли совсем потеряла голову. И, самое прискорбное, Тиенна так и не разобралась - то ли герцог очень хороший интриган, то ли незаурядный глупец.
А ведь надо еще встать, умыться и спуститься к завтраку. Традицию принимать утреннюю пищу в кругу семьи завела мама, и отец, в память о любимой женщине, неукоснительно ее поддерживал. И поэтому Тиенне приходилось, как бедной деве-воительнице Марготте, захваченной в плен Темным Властелином, метаться между змеем и драконом, между помешанной на нарядах и кавалерах сестрицей и озабоченным своим внешним видом и поэмами братом. А даже присутствие за столом отца и ближайших соратников и союзников не могло присмирить Лисаю и Фреда.
За дверью ждали пробуждения ее высочества и начала утреннего туалета придворные дамы, разумеется, разрываясь от нетерпения поделиться свежими сплетнями и впечатлениями от бала и турнира.
Может, все же медикус и банки с эльфийскими зельями? Они, хотя бы, молчат.
Тиенна как чувствовала, что день не задастся. Оказалось, не зря.
Раздувающаяся от радости, как жаба, Одриела подала горжетку и, якобы, между прочим, мстительно поведала, что вчера граф Жилэ обнаружил свою дочь в весьма компрометирующих обстоятельствах в компании его высочества. О, пресветлый Данан, Фредерик, ну почему ты уродился таким безголовым...
- Говорят, граф рвал и метал, - счастливо пропела злопамятная Одриел. Позор неудачливой соперницы был для нее даром небес.
- Да, ваша высочество, я слышала, граф прямо с утра отправился подавать жалобу его величеству, - каркнула сухопарая и старообразная Милетта, укоризненно всплеснув высохшими лапками. Уж с ней-то никогда никаких скандалов не случалось, если не считать за оный слух, что ее батюшке удалось сплавить ее замуж, только пообещав будущему зятю два сундука золота. Клевета, конечно, у Милетты и без легендарных сундуков приданного, дай Данан каждому, было.
