Трое полностью

– Неважно, – успокоил его Ростов. – Нам известны вопросы – значит, мы можем точно так же задать их сами. Тихо! Он опять вышел на улицу. Петя, поезжай вперед – вдруг удастся его заметить.

Фургон тронулся, но не успели они объехать квартал, как уличные звуки снова пропали.

– Чем могу помочь, сэр?

– Зашел в магазин, – прокомментировал Хасан.

Ростов покосился на него. Когда араб забывал о своей гордыне, то вел себя как ребенок, взбудораженный приключениями: фургон, «жучки», слежка… Возможно, он будет держать язык за зубами, если ему позволят и дальше играть с русскими в шпионов.

– Мне нужна новая рубашка.

– Только не это! – простонал Тюрин.

– Вижу, сэр. Чем это вы так?

– Кофе.

– Надо было сразу замочить – теперь уже пятно не отойдет. Вам такую же?

– Да, если можно. Белую, нейлоновую, на пуговицах, 37-й размер.

– Пожалуйста. Тридцать два шиллинга шесть пенсов.

– Подходит.

– Наверняка запишет в представительские расходы, – вставил Тюрин.

– Спасибо. Желаете сразу надеть?

– Да, пожалуйста.

– Примерочная вон там.

Шаги, пауза.

– Положить старую рубашку в пакет, сэр?

– Не могли бы вы ее выбросить?

– «Жучок» стоит две тысячи рублей! – воскликнул Тюрин.

– Разумеется, сэр.

– Ну все, – уныло констатировал Хасан. – Больше мы ничего не узнаем.

– Две тысячи! – повторил Тюрин.

– Ничего, эти деньги окупились, – успокоил его Ростов.

– Куда теперь?

– Назад, в посольство. Я хочу размять ноги – левая совсем затекла. Зато мы неплохо поработали!

– Нужно выяснить, где сейчас «Копарелли», – задумчиво произнес Хасан.

– «Белки» этим займутся, – отозвался Ростов.

– «Белки»?

– Канцелярские крысы в Москве. Сидят целый день на заднице, ни черта не делают, а получают больше, чем оперативники. – Ростов решил воспользоваться ситуацией и пополнить образование Хасана: – Запомни: агент никогда не должен тратить время на поиск информации, доступной для всех. Книги, отчеты, досье – в этом пусть роются «белки». Всегда используй «белок», и никто не подумает, что ты ленишься.

Хасан улыбнулся небрежно, словно припомнив свою старую роль томного аристократа.

– Дикштейн так не работает.

– У израильтян другой подход. К тому же подозреваю, что он просто не любит работать в команде.

– И сколько времени это займет?

– Примерно день. Я направлю запрос, как только приедем в посольство.

– А можно и мне заодно подать заявку? – полуобернулся Тюрин.

– Что тебе нужно?

– Еще шесть пуговиц.

– Шесть?!

– Если пришлют такие же, как в прошлый раз, то пять из них не будут работать.

Хасан фыркнул.

– И это деловые способности коммунистов?

– Коммунисты тут ни при чем, – ответил Ростов. – Просто русские не умеют работать.

Фургон свернул на Посольскую улицу, и полисмен махнул рукой, пропуская их.

– А что мы будем делать, когда найдем «Копарелли»? – спросил Хасан.

– Внедрим на борт своего человека, конечно же.

У дона выдался тяжелый день.

Все началось с самого утра: за завтраком ему сообщили, что ночью арестовали его людей. В Олбани полиция остановила и обыскала грузовик с двумя тысячами пар меховых тапочек и пятью килограммами разбавленного героина, следовавший из Канады в Нью-Йорк. Наркотик конфисковали, а водителей упрятали за решетку.

Груз не принадлежал дону, но шайка, перегонявшая товар, платила ему дань и ожидала взамен покровительства. Теперь он должен вызволить и людей, и героин, что было практически невозможно. Если бы в облаве участвовала только полиция штата, еще куда ни шло; с другой стороны, тогда и облаву не стали бы устраивать.

И это было только начало. Из Гарварда телеграфировал старший сын, требуя денег: он проиграл свое содержание за семестр еще до начала занятий. Все утро дон выяснял, почему его сеть ресторанов приносит убыток, после обеда объяснял любовнице, почему не сможет вывезти ее в Европу в этом году. И наконец, доктор сообщил ему, что он снова заразился гонореей.

Дон посмотрелся в зеркало, поправляя галстук-бабочку, и пробормотал себе под нос:

– Ну и дерьмовый же денек…

Оказалось, что арест – дело рук нью-йоркских копов: они слили информацию полиции штата, стремясь избежать разборок с мафией. Конечно, они могли бы закрыть глаза на это дело, но, судя по всему, на них нажали сверху, возможно, даже из Управления по борьбе с наркотиками. Дон назначил адвокатов, отправил людей навестить семьи шоферов и начал переговоры по поводу выкупа героина у полиции.

Он надел пиджак – всегда любил переодеваться к ужину. Что же делать с Джонни? Почему паршивец не приехал домой на каникулы, как все нормальные студенты? Надо бы послать кого-нибудь к нему, но тогда мальчик подумает, что отец беспокоится только о деньгах. Похоже, придется ехать самому.