Лягух выглядел так, будто вот-вот кинется на своих товарищей. Элдвин со Скайлар сходились все ближе, готовые сцепиться. Но тут вдруг позади раздался шум жуткой драки! Кот и сойка отвлеклись, оглянулись – и увидели, что оба охотника сцепились и катаются по мосту. Сеть и петля были отброшены в сторону.
– Это я их выследил! – с ненавистью кричал один. – И награда вся моя!
– Да тебе нипочем не выжить в горах без меня! – отвечал другой.
Ошибки быть не могло: Элдвин понял, что и они тоже слышат голоса. Один из охотников явно был сильнее другого: он с такой силой швырнул товарища о парапет моста, что из стенки выпало несколько кирпичей. Могучий охотник толкнул еще раз, но тут тот, что поменьше, проворно увернулся, схватил верзилу за руку и швырнул его через парапет. Элдвин услышал вопль убийцы, летящего навстречу верной смерти.
Этого оказалось достаточно, чтобы избавить Элдвина со Скайлар от наваждения. А вот Гилберт так и не очнулся.
– Не отдам! – завопил он. – Никому не отдам!
– Гилберт, да не нужны они никому, твои мухи, – успокаивал друга Элдвин, одновременно следя за оставшимся охотником. Тот направлялся к Гримслейду с самым кровожадным видом.
– Извини, старина, – прохрипел охотник поменьше, – по-моему, тебе тоже пора вниз.
– Глупец! – ответил Гримслейд. – Мне просто придется тебя убить, вот и все!
Гримслейд протянул руку в перчатке и схватил охотника за горло. Задыхающийся охотник принялся шарить у себя за спиной – и нащупал кирпич, вывалившийся из парапета. Он изо всех сил ударил Гримслейда по лицу. Гримслейд рухнул на землю.
Элдвин, отвлекшийся на смертельную схватку их врагов, внезапно обнаружил, что ему в шею вцепились перепончатые лапы, которые делают слабые попытки его придушить.
– Врешь, не возьмешь! – вскричал Гилберт.
Скайлар подлетела и стала оттаскивать лягуха.
– Гилберт, отпусти! – твердила она.
По счастью, Гилберт был не такой уж сильной лягушкой, и Скайлар с Элдвином сумели-таки прижать его к земле.
Элдвин отвесил ему оплеуху:
– А ну приди в себя!
Гилберт растерянно захлопал глазами.
– А что случилось-то? – спросил он, внезапно очнувшись.
Оглянувшись, Элдвин увидел, как Гримслейд подобрал сеть и накинул ее на голову своему противнику. Пока охотник барахтался в сети, Гримслейд налетел на него – и оба рухнули за парапет. Однако Гримслейду удалось зацепиться за край и повиснуть на кончиках пальцев. Второй человек ухитрился схватить Гримслейда за ногу буквально за долю секунды до падения. Он держался изо всех сил и умоляюще смотрел на наемника.
– Прости меня! Я не хотел тебя предавать! – взмолился он. – Это все те голоса!
Но Гримслейд по-прежнему цеплялся за мост, и голоса по-прежнему нашептывали ему о предательстве. Так что он пнул напарника ногой, и тот полетел в пропасть.
– Вот и все, – сказала Скайлар Элдвину и Гилберту, – пошли!
Скайлар с Гилбертом побежали на другой конец моста, навстречу заснеженным утесам Кайласы. Но Элдвин вернулся туда, где, цепляясь за камни, висел между жизнью и смертью Гримслейд.
– Я так понимаю, мне не приходится рассчитывать, что ты протянешь мне лапу, – прошептал Гримслейд, – как старому приятелю, а?
«Это было бы проще простого!» – подумал Элдвин. Цапнуть зубами за пальцы, царапнуть когтями по запястью – и человек, который так безжалостно его преследовал, больше никогда не сможет ему угрожать!
Но Элдвин не был убийцей. Он жил в согласии с суровым уличным кодексом, где погубить своего врага таким образом было бы нечестно. Ну а если наемника прикончит ветер или там земное притяжение – это уж не его забота! Элдвин повернулся и побежал в сторону Кайласы.
Элдвин нагнал Скайлар и Гилберта, и они все втроем двинулись в горы Кайласа. Через некоторое время налетела свирепая метель, закружившая фамильяров в белой круговерти. Когда поднялись выше, Элдвин оглянулся назад. Моста было уже не видно за белой стеной, и следы фамильяров заметала пурга.
– Я была готова вас предать ради славы! Просто не верится! – сокрушалась Скайлар.
– Это не так ужасно, как придушить своего лучшего друга из-за мешка мошек! – возражал Гилберт. – В смысле, он же кот, ему же эти мошки даже не нужны! – Он запнулся и обернулся к Элдвину. – Ведь не нужны же?
Элдвин покачал головой.
– А тебе голоса что говорили? – спросила Скайлар у Элдвина.
Элдвин молча шагал по холодному, мокрому снегу. Сказать правду друзьям он не мог.
– Ну, всякое такое, предательское, – уклончиво ответил он. – Что-то насчет того, что я, мол, в фамильярах новенький, а вы против меня сговорились…
– Надеюсь, ты понимаешь, что это неправда? – сказала Скайлар. – Мы все заодно!
Трое фамильяров поднимались все выше и выше. Снег валил не переставая, сугробы становились все глубже и глубже. Пару раз Гилберт проваливался в снег буквально по шейку. Да еще над головой загремели раскаты грома, и между туч заметались молнии.
– Метель с грозой, все как предупреждал тот козел! – крикнула Скайлар. – Редкое и опасное явление. Мы рискуем зажариться и замерзнуть одновременно.
– Забавное сочетание… – заметил Элдвин без тени улыбки.
