— Да я не для себя, — запротестовал Таргитай. — Ты отдохнул бы, пока бы я питался…
Мрак рыкнул, почти побежал вверх, веревка едва не удавила Таргитая. Чертов оборотень, откуда только силы берутся?
На уровне ступней Таргитая, но в стороне, чтобы подающий дудошник не сбил, карабкался Олег. Лиска ползла молча: с ее весом проще, но иногда веревка Таргитая натягивалась, он с облегчением останавливался, понимая, что бедный Олег, сам измученный, сейчас подтаскивает, как паука на ниточке, сорвавшуюся амазонку.
Лишь однажды Таргитай, забывшись или расхрабрившись, поглядел вниз. Руки и ноги стали ватными, пальцы начали разжиматься. Он влип в камень, зажмурился до боли в глазах. Почти сразу, как ему показалось, веревка дернула вверх, раздраженный голос прогремел:
— Опять спит! Как конь — стоя. То ест, то гадит, то спит. Олег, садани его шилом в задницу.
Таргитай заставил мертвое тело сдвинуться. Непослушные пальцы перехватили выше, ступня с трудом поднялась, но тело все еще было заморожено страхом: пока долетишь до камней у подножия — изотрешься о воздух!
Олег наконец обогнал, он карабкался как во сне: тупо глядя остановившимися глазами в проплывающую перед носом стену, которую задевал щекой, переставлял руки-ноги, словно вела некая сила, а он сам пребывал в размышлениях.
Как сквозь стену услышал сверху:
— Нажмите, улитки. Уже видать уступчик, скоро влезем унутрь.
А еще через вечность Олег, как сквозь кровавый туман, увидел хмурое лицо Мрака. Тот вгляделся озабоченно, присвистнул:
— Во прешь, как медведь за медом!.. Будто всю жизнь в дупле жил. И Тарх лазает как обезьян. Одни мы с Лиской бедные. Я — лесной, она — песчаная. Лады, я полезу первым, а вы следом, но чтоб аки соколы!
— Дай перевести дух, — взмолился Олег хриплым шепотом. — Все-таки мы те соколы, что дерево клюют.
Он все еще висел на отвесной стене подобно отважной мухе. Таргитай полз с отсутствующим лицом, глаза смотрели сквозь стену. Губы шевелились.
Мрак подтянулся, заглянул через решетку вовнутрь. Олег рискнул бросить боязливый взгляд вниз. Земля была так далеко, что кони выглядели муравьями. Не самыми мелкими, правда, а так, средними.
Чувствуя, как деревенеют пальцы, он поспешно перевалился за Мраком, упал на каменные плиты — замечательные, плоские, за которые можно не хвататься окровавленными пальцами. Мрак, как огромный еж, перекатился через голову. Рядом была дверь — массивная, обитая полосами начищенной меди. Стены — из толстого камня, в три забранные решетками окна заглядывают близкие облака, воздух был свежий, резкий.
В последнем окне, где решетка была выдрана из стены, на миг потемнело. Таргитай тяжело рухнул на истертые плиты и остался, как распластанная камнем жаба. Следом запрыгнула Лиска, наступила ему на голову, но дудошник даже не пикнул.
— Хватит ночевать, — сказал Мрак нетерпеливо. Голос его был уже обычным, а дыхание ровное и мощное. — Сколько можно лежать?.. Пошли, пошли!
Олег поднялся со стоном, цепляясь за стену обеими руками. Таргитай попробовал идти как хищный зверь — на четвереньках, но усилие утомило, рухнул и распластался снова. Лиска ударила ногой под ребра, ухватила за волосы.
Мрак пощупал двери, разбежался. Олег едва успел вскрикнуть:
— Дверь на себя…
Раздался грохот, массивная дверь вывалилась вместе с косяком и металлическими штырями. В изувеченных стенах остались глубокие дыры, взвилась каменная пыль. Мрак растянулся на двери, Олег успел перескочить, но Таргитай, который и так еле волочил ноги, повалился на Мрака, а сверху упала, зло шипя, как разъяренная кошка, Лиска.
Олег оказался в коридоре первым. Сильно пахло огнем и серой.
Стены были из массивных глыб, странно зеленых, словно мох проел насквозь. наверное, приносили великаны, подумал Таргитай с содроганием. От стен веяло могильным холодом, хотя горячий запах горелых кож и — Таргитай зябко передернул плечами — горелого мяса, не человеческого ли, поднимался из подвалов, плотными струйками тянулся по коридорам.
Мрак сделал первый шаг по коридору, зябко передернул плечами. От стен тянуло могильным холодом, словно черная гора двигалась не через солнечный день, а сквозь осеннюю ночь с дождем и ветром.
Таргитай шагнул и тут же поскользнулся, с разбега проехал на спине, барахтаясь, как гигантский жук, едва не сбил с ног Олега и Лиску. Вскочил красный и злой, спина в зеленых потеках слизи, со страхом смотрел на лужи впереди.
Запах стоял сырой и гнилостный. Мрак резко остановился, раскинул руки. Из широкой норы в стене коридора торопливо выползли белесые черви — толстые, составленные из вздутых колец. Внутренности просвечивали зеленым и розовым. Олега передернуло: в гуще зеленоватого сока смутно просвечивала полупереваренная кисть руки. Лиска вскрикнула: внутри ползущих следом червей виднелись человеческие пальцы с уцелевшими ногтями, клочья розовой плоти.
Толкая и наползая друг на друга, черви втянулись в темный лаз в стене напротив. Коридор заполнился еще и запахом слизи. Мрак растерянно и зло оглядывался — сзади донеслись далекие неторопливые голоса.
