Между тем схватка у стен Сянъяна продолжалась. Вэй Янь и Вэнь Пин дрались с утра до полудня. Все воины Вэй Яня были перебиты. Тогда он, пустив коня во весь опор, бежал из города. Найти Лю Бэя ему не удалось, и он ушел к Хань Сюаню, правителю округа Чанша.
Лю Бэй уходил от Сянъяна. Несколько десятков тысяч людей и несколько тысяч больших и малых повозок нескончаемым потоком тянулись по дороге. Многие несли свою ношу на плечах.
Дорога проходила мимо могилы Лю Бяо. Лю Бэй, склонившись над могилой, горестно восклицал:
– О брат мой, Лю Бяо! Опозорен я! Нет у меня ни добродетелей, ни талантов! Виноват я, что отказался в свое время нести ношу, которую ты хотел возложить на меня! Но за что страдает народ? О брат мой, пусть твой славный дух снизойдет и спасет людей Цзинчжоу и Сянъяна!
В словах его чувствовалось столько горя, что никто не в силах был сдержать слезы.
Дозорные донесли, что войско Цао Цао уже заняло Фаньчэн и что Цао Цао заставляет народ готовить лодки и плоты для переправы через реку.
– В Цзянлине можно обороняться, – говорили военачальники Лю Бэю. – Но когда мы туда доберемся? С такой массой народа мы за день едва успеваем пройти десяток ли! А что, если нас настигнет армия Цао Цао? Как мы ее встретим? Благоразумнее было бы пока оставить народ, а самим двинуться быстрее к Цзянлину.
– Тот, кто берется за великое дело, должен считать народ основой всего, – со слезами отвечал Лю Бэй. – Люди пошли за мной, как же я их покину?
Такие слова всех растрогали. И потомки сложили стихи, в которых восхваляют Лю Бэя:
Лю Бэй продолжал двигаться крайне медленно. Огромные толпы народа иначе не могли бы поспевать за ним.
– Враг скоро нас нагонит, – предупреждал Лю Бэя Чжугэ Лян. – Пошлите Гуань Юйя в Цзянся: пусть Лю Ци поднимает войска и готовит для нас лодки в Цзянлине.
Лю Бэй написал письмо Лю Ци, прося его о помощи, и отправил Гуань Юйя и Сунь Цяня с пятьюстами воинами в Цзянся. Чжан Фэй вел головной отряд; Чжао Юнь охранял семью Лю Бэя, а остальные шли вместе с народом и поддерживали порядок.
Проходя за день немногим более десяти ли, все останавливались на отдых.
Тем временем войско Цао Цао переправилось через реку и подошло к Сянъяну. Цао Цао велел вызвать к себе Лю Цзуна, но тот был напуган и явиться не посмел, хотя его уговаривали и Цай Мао, и Чжан Юнь.
Ван Вэй по секрету сказал Лю Цзуну:
– Лю Бэй сбежал… Если вы сейчас покоритесь Цао Цао, он успокоится. Вы сможете подобрать лучших воинов и укрыть их в каком-нибудь неприступном месте, а потом неожиданно ударить на врага. Если же вы захватите Цао Цао, слава ваша потрясет Поднебесную, и вы легко овладеете обширной Срединной равниной! Такой случай представляется очень редко, не теряйте его!
Лю Цзун передал эти слова Цай Мао, и тот в ярости набросился на Ван Вэя:
– Безумец! Что ты болтаешь?
– Предатель! – в гневе отвечал Ван Вэй. – Я бы тебя живьем съел!
Цай Мао хотел убить Ван Вэя, но Куай Юэ отговорил его. После этого Цай Мао и Чжан Юнь отправились в Фаньчэн на поклон к Цао Цао. Цай Мао старался угодить ему и потому охотно отвечал на все его вопросы. Цао Цао спросил, сколько войск и провианта в Цзинчжоу.
– Всего двести восемьдесят тысяч воинов, из коих сто пятьдесят тысяч пеших, пятьдесят тысяч конных да на судах восемьдесят тысяч. Бо́льшая часть запасов провианта и казны – в Цзянлине, а все прочее в разных местах. Запасов на всю армию хватит на год.
– А сколько у вас кораблей?
– Больших и малых судов более семи тысяч…
– Кто командует вашим флотом?
– Я и мой брат, – ответил Цай Мао.
Цао Цао пожаловал Цай Мао и Чжан Юню титулы и звания, чему они были очень рады. На прощанье Цао Цао сказал им:
– Сын Лю Бяо после смерти отца покорился мне, и я представлю императору доклад, чтобы его назначили правителем Цзинчжоу навечно.
Чжан Юнь и Цай Мао удалились, исполненные самых радужных надежд.
– Цай Мао и Чжан Юнь – льстецы, – сказал советник Сюнь Ю, когда те удалились. – Зачем вы пожаловали им такие высокие звания и оставили в их руках флот?
– А разве я этого не знаю? – улыбнулся Цао Цао. – Я их оставил только потому, что в северных землях никто не умеет воевать на воде. Когда война окончится, тогда мы и решим, что с ними делать.
Цай Мао и Чжан Юнь вернулись к Лю Цзуну и рассказали, что Цао Цао обещал ходатайствовать перед Сыном неба о назначении его, Лю Цзуна, навечно правителем Цзинчжоу и Сянъяна. Обрадованный Лю Цзун на другой день вместе со своей матушкой, госпожой Цай, взяв с собой печать и пояс, а также бумагу на право командования войсками, переправился через реку встречать Цао Цао.
