– Вы удалитесь пока, – сказали чиновники молодым воинам, – надо дать мудрейшему полководцу немного успокоиться и отдохнуть.
– Государь, вы уже прожили более шести десятков лет, – обратился к императору приближенный сановник, – вам нельзя так бурно предаваться горю.
– О, погибли мои братья! – рыдал Сянь-чжу. – Как же нам жить в одиночестве?
– Сын неба слишком горюет. Чем бы его развлечь? – спрашивали друг друга чиновники.
– Наш государь ведет войско в поход, а сам все время рыдает, – заметил Ма Лян. – Это нехорошо действует на воинов.
– Мне довелось слышать, что в горах Цинчэн, к западу от Чэнду, живет отшельник по имени Ли И, – сказал Чэнь Чжэн. – Говорят, что ему уже около трехсот лет и что он умеет предсказывать судьбу. Это мудрейший отшельник нашего времени! Может быть, посоветовать Сыну неба позвать этого старца?
Они отправились к Сянь-чжу. Тот выслушал их и велел Чэнь Чжэну привести отшельника.
Чэнь Чжэн поскакал в горы и попросил местных жителей проводить его к обители мудреца. Над жилищем отшельника клубились чистые облака, воздух здесь был необыкновенно прозрачен. Навстречу всаднику вышел мальчик и сказал:
– Пришелец, ты, должно быть, Чэнь Чжэн!
– Откуда ты знаешь, мальчик? – удивленно спросил Чэнь Чжэн.
– Мой господин говорил, что сегодня он получит указ нашего государя и привезет этот указ Чэнь Чжэн.
«Это поистине бессмертный провидец! – подумал Чэнь Чжэн. – Недаром о нем говорят люди!»
Вместе с мальчиком Чэнь Чжэн вошел в хижину и почтительно склонился перед старцем.
– Слишком уж я стар, это мне не под силу, – сказал Ли И, когда Чэнь Чжэн изложил ему повеление Сянь-чжу.
– Сын неба желает вас видеть, – настойчиво повторил Чэнь Чжэн. – Надеюсь, что вы окажете ему честь своим посещением!
Чэнь Чжэн так настойчиво упрашивал, что Ли И вынужден был согласиться.
Когда отшельник прибыл в императорский лагерь, Сянь-чжу взглянул на его седые волосы, голубые, поразительно сияющие глаза с квадратными зрачками бессмертного, на его напоминающее старый кипарис тело и, поняв, что перед ним человек необыкновенный, принял его с большими церемониями.
– Я глубокий старик и давно живу в пустынных горах, – промолвил Ли И. – Я не обладаю ни знаниями, ни мудростью. Мне стыдно, что вы призвали меня, а я не знаю, чего вы желаете.
– Тридцать лет назад мы вступили в братский союз с Гуань Юйем и Чжан Фэем, – объяснил ему Сянь-чжу. – Братья наши погибли, и мы решили поднять несметное войско, чтобы отомстить тем, кто их погубил. Скажите, что принесет нам судьба? Мы давно слышали о вашем непостижимом искусстве и хотим просить у вас наставлений.
– На все есть воля неба, и не мне ее знать! – уклончиво ответил старец.
Сянь-чжу повторил свою просьбу. Тогда Ли И попросил кисть и бумагу. Нарисовав сорок вооруженных воинов, он зачеркнул их одного за другим; потом нарисовал большого человека, лежащего на земле лицом кверху, и рядом другого, копающего землю, а сверху поставил иероглиф Бай, означающий «белый».
Ни слова не сказав в пояснение, Ли И поклонился и вышел.
Недовольный гаданием, Сянь-чжу сказал военачальникам:
– Какой глупый старик! Верить ему нельзя!
Он сжег бумагу и приказал поторопиться с выступлением в дальнейший путь.
– Войска У Баня уже прибыли, – доложил Чжан Бао. – Прошу вашего разрешения вести передовой отряд.
Сянь-чжу вручил Чжан Бао печать начальника передового отряда, но в этот момент вперед смело вышел другой молодой воин и заявил:
– Отдай печать мне!
Все взглянули на него. Это был Гуань Син.
– Я уже получил повеление! – с возмущением возразил Чжан Бао.
– А какими способностями ты обладаешь, чтобы занимать такой пост? – вскричал Гуань Син.
– С малых лет я изучаю военное дело и стреляю без промаха! – отвечал Чжан Бао.
– Вот мы сейчас и посмотрим искусство наших племянников! – вмешался в спор Сянь-чжу. – Оценим их способности!
Чжан Бао приказал воинам на расстоянии ста шагов от императорского шатра поставить белый флаг с красным кружком в середине. Затем Чжан Бао три раза выстрелил из лука, и все три стрелы попали в красный кружок. Присутствующие выражали свое одобрение.
– Что ж тут удивительного – попасть в кружок! – насмешливо воскликнул Гуань Син.
В это время высоко в небе пролетала стая диких гусей.
– Стреляю в третьего и подобью первой стрелой! – вскричал Гуань Син, указывая вверх.
Зазвенела тетива, и гусь упал. Все военачальники и чиновники закричали от восхищения. А разгневанный Чжан Бао схватил длинное копье, которым сражался его отец, и крикнул Гуань Сину:
– Ты не посмеешь состязаться со мной в искусстве рукопашного боя!
Гуань Син тут же вскочил на коня, выхватил меч и двинулся навстречу Чжан Бао:
– Ты умеешь владеть копьем и думаешь, что я не умею обращаться с мечом!
– Немедленно прекратите это безобразие! – прикрикнул Сянь-чжу на молодых воинов, готовых скрестить оружие.
Гуань Син и Чжан Бао, спрыгнув с коней, упали на колени и стали просить прощения.
