– Против Чжугэ Ляна открыто сражаться невозможно. Да я и не думаю выходить на бой. Будем пока отсиживаться за высокой стеной, а там изнуренный жарой противник сам отступит. Вот тогда мы и ударим на них. Самого Чжугэ Ляна захватим в плен.
– Но ведь в Шакоу река очень мелкая, – пытался возражать один из предводителей дунов. – Беда, если враг там переправится! Не послать ли нам отряд для охраны Шакоу?
– Ты местный житель, а ничего не знаешь! – рассмеялся Мын Хо. – Я как раз и хочу, чтобы они попытались там переправиться. Ведь тогда они все погибнут в воде!
– А если кто-нибудь из здешних жителей откроет им секрет переправы? – спросил предводитель дуна. – Сможем ли мы отразить нападение Чжугэ Ляна?
– Не болтайте вздора! – крикнул Мын Хо. – Неужели люди, живущие в моих землях, станут помогать врагу!
В это время доложили, что вражеское войско переправилось через реку Лушуй и захватило дорогу в ущелье и что это войско пришло под знаменами военачальника Ма Дая.
– Ничтожный человечишко этот Ма Дай! – засмеялся Мын Хо. – О нем и говорить не стоит!
И он послал против Ма Дая своего помощника Манъячана с тремя тысячами воинов.
Когда подошел противник, Ма Дай стоял впереди своего отряда, у подножия горы. Манъячан выехал на поединок, и в первой же схватке Ма Дай сбил его с коня. Воины Манъячана бежали в лагерь Мын Хо. Тот сильно встревожился и спросил военачальников, кто теперь выступит против Ма Дая.
– Разрешите мне! – вызвался предводитель Дунчана́.
Мын Хо обрадовался и дал Дунчана́ три тысячи воинов. Но, опасаясь, как бы еще кто-нибудь не переправился через Лушуй, он послал Ахуэйнаня охранять Шакоу.
Дойдя до горной долины, Дунчана́ расположился лагерем. Воины Ма Дая, знавшие Дунчана́, рассказали о нем своему военачальнику. Тогда Ма Дай выехал на коне вперед и обрушился на Дунчана́ с бранью:
– Неблагодарный, чэн-сян даровал тебе жизнь, а ты опять против него воюешь? Где твоя совесть?
Дунчана́ вспыхнул от стыда и, не зная, что ответить, предпочел отступить. Ма Дай его не преследовал.
Возвратившись в лагерь, Дунчана́ сказал Мын Хо:
– Ма Дай – герой! Против него не устоишь!
– Ты увел войска потому, что Чжугэ Лян помиловал тебя! – обрушился на него Мын Хо. – Предатель!..
Мын Хо приказал страже вывести Дунчана́ и отрубить ему голову. Но предводители дунов вступились за него, и Мын Хо отменил казнь, заменив ее наказанием палками.
Когда избитый Дунчана́ вернулся к себе в лагерь, к нему пришли приближенные с жалобами:
– Мы живем в своих маньских землях и никогда не помышляли воевать с царством Шу, и оттуда к нам никто не вторгался. Но Мын Хо обманом заставил нас взяться за оружие. Чжугэ Лян самый искусный полководец, даже Цао Цао и Сунь Цюань боялись его! Куда уж нам, маньцам! Мы попали к нему в плен, он даровал нам жизнь, когда мог предать нас смерти! Мы не хотим быть неблагодарными! Давайте убьем Мын Хо и сдадимся Чжугэ Ляну, чтобы избавить наш народ от горькой участи…
– А как это совершить? – спросил Дунчана́.
– Мы сами все сделаем! – заявили те, кто был отпущен из плена Чжугэ Ляном.
Дунчана́ с сотней всадников отправился в лагерь Мын Хо. Тот в это время лежал пьяный в шатре. У входа в шатер стояли два телохранителя.
Указывая на них мечом, Дунчана́ закричал:
– Чжугэ Лян и вам даровал жизнь! Отблагодарите же его!
– Вам незачем убивать Мын Хо! – ответили воины. – Мы его схватим живым и доставим Чжугэ Ляну!
Они вошли в шатер, связали Мын Хо и отвезли его на реку Лушуй. Гонец отправился известить об этом Чжугэ Ляна.
Но Чжугэ Лян уже знал о происшедшем от своих лазутчиков. Он приказал войску быть в боевой готовности и велел привести Мын Хо. Предводителям дунов, доставившим Мын Хо, было приказано возвращаться по своим лагерям и ждать.
Дунчана́ притащил связанного Мын Хо. Обращаясь к пленнику, Чжугэ Лян промолвил:
– Ну, теперь уж ты покоришься! Ведь ты сказал, что сложишь оружие, если тебя опять возьмут в плен…
– Не ты взял меня в плен! – в бешенстве выкрикнул Мын Хо. – Мои люди решили меня погубить! Не покорюсь!
– А если я и на этот раз тебя отпущу? – спросил Чжугэ Лян.
– Тогда я снова соберу войско, и будем решать, чья возьмет, – ответил Мын Хо. – Не думай, что если я варвар, так уж не знаю «Законов войны»! Но если ты действительно сумеешь взять меня в плен, я покорюсь!
– Запомни! – предупредил Чжугэ Лян. – Попадешься – больше не прощу!
Чжугэ Лян снял с пленника веревки, усадил его возле себя в шатре и сказал:
– С тех пор как я покинул свою хижину в Наньяне, я никогда не терпел поражения. Неужели ты этого не понимаешь? Ты должен покориться!
Мын Хо молчал. После угощения Чжугэ Лян попросил его сесть на коня и повез осматривать свои лагеря. Показывая запасы продовольствия, Чжугэ Лян сказал:
– Видишь, сколько у меня провианта? А сколько отборных воинов и оружия! Если ты не покоришься, будешь глупцом, а если принесешь повинную, я доложу о тебе Сыну неба – за тобой останется титул князя и право вечно владеть маньскими землями… Согласен?
