Цао Пэй и его сановники были поражены. Но Цао Пэй тут же сказал:
— Стихотворение можно сочинить быстрей, чем сделать семь шагов. Попробуй сочини сразу.
— На какую тему?
— Мы с тобой братья, — бросил Цао Пэй. — Это и будет темой, только не произноси слово «братья».
На одно лишь мгновенье задумался Цао Чжи и потом прочитал:
Цао Пэй понял намек и не мог сдержать слез. Тут госпожа Бянь вышла из глубины зала и сказала Цао Пэю:
— За что ты преследуешь своего брата?
— За то, что он нарушает государственные законы! — вскричал Цао Пэй, вскакивая с места. И он приказал понизить Цао Чжи в звании и отныне именовать его Аньсянским хоу.
Этим Цао Чжи был лишен права на владение городом Линьцзы и уехал по приказу Цао Пэя в деревню Аньсян.
Став преемником Вэйского вана, старший сын его Цао Пэй обновил все законы и стал ограничивать волю императора Сянь-ди еще больше, чем это было при Цао Цао.
Обо всем, что происходило в Ецзюне, шпионы доносили в Чэнду, и Ханьчжунский ван Лю Бэй, взволнованный этими известиями, решил посоветоваться со всеми гражданскими и военными чинами.
— Цао Цао умер, и его преемником стал Цао Пэй, — сказал он. — Цао Пэй притесняет Сына неба еще больше, чем это делал его отец. Даже правитель Восточного У, Сунь Цюань, покорился Цао Пэю и назвал себя его подданным! Я думаю сначала выступить против Сунь Цюаня и отомстить за смерть Гуань Юя, а потом покарать Цао Пэя и истребить всех мятежников!
Не успел он произнести эти слова, как вперед вышел военачальник Ляо Хуа и, низко поклонившись, промолвил:
— Гуань Юй и его сын погибли по вине Лю Фына и Мын Да. Накажите прежде всего этих злодеев!
Но Чжугэ Лян удержал Лю Бэя.
— Не торопитесь, это было бы неразумно! — воскликнул он. — Ваша поспешность может толкнуть этих людей на измену. Прежде следовало бы повысить их в звании и отдалить друг от друга, а потом уж схватить обоих.
И Лю Бэй решил назначить Лю Фына военачальником в Мяньчжу.
Но случилось так, что об этом узнал Пэн Ян, близкий друг Мын Да. Он тотчас же написал ему письмо и со своим доверенным отправил в Шанъюн. Как только посланец выехал за южные ворота Чэнду, его схватили дозорные Ма Чао. Выпытав у него все подробности, Ма Чао отправился к Пэн Яну. Тот встретил его и принялся угощать вином. Когда они выпили по нескольку кубков, Ма Чао, желая вызвать Пэн Яна на откровенность, сказал:
— Что это Ханьчжунский ван все хуже и хуже обращается с вами? Ведь когда-то он был очень милостив!
— Этот старый хрыч совсем с ума спятил! — раскипятился Пэн Ян. — Я ему за все отплачу!
— Я тоже затаил против него обиду! — прибавил Ма Чао.
— Тогда подымайте свое войско и соединяйтесь с Мын Да. В этом я вам помогу! Мы вместе совершим великое дело! — предложил Пэн Ян.
— Умно придумано! — воскликнул Ма Чао. — Как-нибудь на днях мы еще побеседуем.
Попрощавшись с Пэн Яном и захватив с собой человека, который вез письмо, Ма Чао отправился к Ханьчжунскому вану и обо всем ему рассказал.
В гневе Лю Бэй приказал схватить Пэн Яна и бросить в темницу. Под пыткой Пэн Ян признался и покаялся в своем преступлении.
— Он замышлял мятеж! Что мне с ним делать? — спросил Лю Бэй Чжугэ Ляна.
— Пэн Ян глупец, но если его пощадить, потом не оберешься беды, — сказал Чжугэ Лян.
И Лю Бэй решил, не поднимая шума, дать ему умереть в тюрьме.
Когда Мын Да узнал о смерти Пэн Яна, он испугался за себя. В это время в Шанъюн неожиданно прибыл гонец с указом Лю Бэя о назначении Лю Фына военачальником в Мяньчжу. Встревоженный этим известием, Мын Да пригласил к себе военачальников братьев Шэнь Даня и Шэнь И и сказал им:
— В свое время мы с Фа Чжэном оказали большую услугу Ханьчжунскому вану. Но как только Фа Чжэн умер, Лю Бэй совсем забыл обо мне, да вот теперь вспомнил и решил, видно, меня погубить. Посоветуйте, как поступить?
— Я знаю, что нужно делать! — воскликнул Шэнь Дань.
— Что же? — спросил обрадованный Мын Да.
Шэнь Дань продолжал:
