— Мы с вами много лет помогали друг другу в бедах и опасностях. Не думали мы, что придется расстаться так нежданно! Помните о нашей дружбе и приглядывайте за нашими сыновьями!
— Я буду служить им так же верно, как служат человеку собака и конь! — со слезами воскликнул Чжао Юнь и поклонился.
Затем Сянь-чжу снова обратился к чиновникам и сказал:
— Мы не можем дать указания каждому в отдельности, но хотели бы, чтоб все вы любили друг друга.
Спустя некоторое время император скончался. Было ему шестьдесят восемь лет. Случилось это в двадцать четвертый день четвертого месяца третьего года периода Чжан-у [223 г.].
Впоследствии поэт Ду Фу написал такие стихи:
Чжугэ Лян сопровождал гроб с телом Сянь-чжу в Чэнду. Наследник престола Лю Шань выехал из города встречать траурное шествие. Гроб установили в тронном зале дворца.
Когда окончилась церемония оплакивания покойного, Лю Шань вскрыл завещание, оставленное наследнику:
«Первоначально у нас открылась желудочная болезнь, которая постепенно перешла в тяжелую болезнь всего тела, и ничем нельзя было нам помочь. Мы знаем, что для человека в пятидесятилетнем возрасте смерть уже не считается преждевременной. Нам же более шестидесяти. О нашей смерти не жалей. Мы думаем только о тебе и твоих братьях. Старайся! Старайся! Избегай злых дел, даже мелких, а если представляется случай совершить добро — пусть самое маленькое — соверши его! Только добродетелью можно покорить сердца людей. У отца твоего добродетелей было немного, и подражать им не стоит. Служи чэн-сяну! Служи ему, как отцу! Будь предан чэн-сяну! Помни, повелеваем тебе!»
Когда чиновники выслушали завещание, Чжугэ Лян сказал:
— Государство ни одного дня не может оставаться без правителя. Надо сейчас же возвести на престол преемника, чтобы он продолжил правление Ханьской династии.
Лю Шаня возвели на трон императора. И он назвал первый период своего правления Цзянь-син, что значит Установление процветания. Чжугэ Ляну пожаловали титул Усянского хоу, и он был назначен на должность правителя округа Ичжоу.
Останки Сянь-чжу были погребены в Хуэйлине, и после смерти ему было присвоено имя Чжао Ле-ди. Здравствующая императрица У, дочь полководца У Баня, была пожалована званием тай-хоу; покойные жены Сянь-чжу — госпожа Гань и госпожа Ми — были посмертно названы императрицами.
Придворные сановники получили награды, и все преступники в Поднебесной были прощены.
Вэйские военачальники, охранявшие границу, узнали об этом и немедля отправили в столицу царства Вэй гонца с донесением. Приближенный сановник доложил Цао Пэю о смерти Сянь-чжу.
— Лю Бэй умер! Теперь нам тревожиться нечего! — обрадованно воскликнул Цао Пэй. — А не воспользоваться ли нам моментом, пока в царстве Шу нет государя, и не пойти ли на них войной?
— Лю Бэй умер, но можно не сомневаться, что он оставил своего наследника на попечение Чжугэ Ляна, — возразил Цзя Сюй. — Чжугэ Лян был в большой милости у Лю Бэя и теперь приложит все усилия, чтобы помочь его наследнику. Нападать на царство Шу, государь, опасно.
Но тут из группы стоявших перед Цао Пэем сановников вперед вышел Сыма И, смело заявивший:
— Нечего терять время! Сейчас самый подходящий момент для нападения!
Цао Пэй предложил обсудить план похода, а Сыма И снова заговорил:
— Конечно, если поднять только войско нашего Срединного царства, одержать победу будет трудно. Необходимо двинуть сразу пять армий и напасть с разных сторон, чтобы Чжугэ Лян не знал, где раньше отбиваться. Тогда его можно одолеть.
— Откуда взять пять армий? — удивился Цао Пэй.
Сыма И ответил:
