В зале воцарилась тишина, все взгляды присутствующих устремились в нашу сторону. Музыка замерла, танцующие остановились в шоке, наблюдая за нашим эффектным появлением.
– Так-так… – Габриэль поднялся со своего трона,.
Его лицо частично скрывала зловещая маска, придавая ему ещё более угрожающий вид, – А вот и долгожданные гости… Без вас мне даже не хотелось и начинать, – произнес он, его взгляд скользнул к Луне, но тотчас закрыл её собой Рагнар.
В этот момент выбитые двери поднялись кверху, окутанные таинственным зеленым свечением, и, как ни в чем не бывало встали на место. Гости в зале, охваченные страхом, начали испуганно перешептываться.
Внезапно раздался резкий хлопок, затем ещё один – ставни на окнах начали закрываться с устрашающей скоростью.
Габриэль снял маску, и его истинное лицо открылось перед зрителями, бездной отчаяния и зла, исказившей его черты до неузнаваемости. В эту минуту зал погрузился в полную тьму: свечи потухли, словно их потушил невидимый ветер.
– А теперь перейдём к главному развлечению! – расхохотался Габриэль, взмахнув рукой. Внезапно тени, копившиеся за его спиной, ринулись по залу, заползая в каждого стражника. Их тела начало трясти в неистовом танце, и вскоре раздались крики гостей. Кто-то в панике рванул к выходу, но все усилия оказались безуспешны.
Помещение начало трястись. из трещин, расползавшихся по полу, начали выбираться чудовища. Их глаза горели огнем и голодом. Мгновение – и тронный зал, прежде сверкавший роскошью, теперь напоминал ад, полный хаоса.
Я ринулся в атаку, где-то в замке Анна и я найду ее. Мои спутники присоединились. Мы бились за самое ценное, что у нас есть.
В стене появилось очертание двери. Но оно выглядело каким-то размытым. Габриэль вместе со схваченными девушками устремился туда.
– Ирргх! – закричал Леон, – Все девушки там! – он указывал на очертание двери прямо за троном, в нее как раз устремился Темный.
– Анна!!! – громко завопил и побежал на всей скорости туда, уничтожая все и всех на своем пути, но не успел, а врезался в стену, долбил ее кулаками и мечом, но все безрезультатно, дверь запечатали.
– Надо найти другой способ пробраться туда! Ты знаешь, что это за комната? – спросил подоспевшего Сильверстона.
– Бездна! – выругался он, – Надо спешить.
Мы в обход добирались до другого входа по пути отбиваясь от заполонившей замок нечисти.
Как же я боялся опоздать, никогда в своей жизни так не волновался. Никогда не боялся смерти, ни раз смотрел ей в лицо, но потерять Анну был не готов…
Мы вломились в ритуальный зал и сердце перестало биться от увиденного. Девушки были разбросаны по углам. Неужели мы опоздали и Темный забрал их души?
– Анна!!! – без труда опознал свою принцессу, бросился к ней, затаскивая ее к себе на колени и прижимая голову груди.
– Ты что плачешь? – прошептала, протягивая свои нежные пальчики к моим глазам.
Перехватил ее руку и принялся целовать. Слава Богам, живая!!!!
– Сейчас милая, – подхватил ее на руки, – Нужно найти лекаря! – она была слаба, глаза то и дело закрывались, ей тяжело было находиться в сознании.
Нам выделили покои в замке, все были довольны возвращением Сильверстона и его девушки. Лекарь пришел крайне быстро, осмотрел Анну и заявил, что все в порядке, просто сильный откат от применения магии. Нужен отдых и покой. Ну это по крайней мере в моих силах. Не понимал, что там произошло, как девушкам удалось одолеть Темного. Когда мы пришли его и след простыл, лишь тело Габриэля лежало на полу, а потом и вовсе пропало.
Леон сказал, что не стоит волноваться, он проверил – тот был мертв, но кому понадобилось его тело? Старался не думать об этом, сейчас меня волновали другие вопросы.
– А как ребенок?
– А что же вы сразу не сказали, что девушка беременна? – напрягся, Анна меня точно не простит, что я оставил ее одну и нам ребенок пострадал.
Лекарь дернулся, потому как я зарычал от злости.
– Не стоит волноваться, сейчас я проверю, – он достал из саквояжа какую-то продолговатую штуковину и приложил ее к животу принцессы.
– Сердце биение имеете, плод жив, – я подошел ближе к Анне, взял ее за руку.
Никогда не был сентиментальным, но сегодня я впервые в жизни разревелся как баба, когда умерла мать и то не плакал, заставил себя быть сильным, чтобы никогда не видел мою слабость. А сейчас моя слабость лежит на кровати крепко спит, вымотанная и усталая.
– Так понимаю, это ваш ребенок, – если бы взглядом можно убивать, от тип бы точно превратился в расплющенную лепешку на полу.
– Правильно понимаешь, – сказал угрожающе, – К чему ты ведешь?
– Человеческие женщины тяжело переносят такую беременность, – начал он, – Срок маленький…
– Пошел в бездну, без тебя разберемся.
– Как знаете, – он, наконец, ушел, переставая бесить.
Прекрасно знаю, что меня так разозлило, я слышал в его речах себя, свои ошибки, как я жестко и не подумав о чувствах Анны заявил о категоричном решении.
Не привык, чтобы со мной спорили, но здесь не поле боя, хотя иногда проще перебить армию врага, чем вести разговор с девушкой.