Я опешила. Вариант тут один: она собирается инсценировать собственную смерть! Но это же жестоко!.. Авторитарная Стелла подобное отношение заслужила? Возможно, хотя и хочется поспорить. А бабушка Виктории? А отец и братья? Сколько горя принесет им весть о ее гибели?
— Викусь, хорошая моя, не знаю, как ты сделаешь так, что поверят в твою смерть, но я прошу не делать этого.
От неожиданности Волкова села на капот. И захохотала. Искренне, беззаботно. Точно так безудержно она смеялась, когда мы летали в лесу на метлах в полнолуние. Радость пьянила, и мы сами себе казались неадекватными. Как же несправедливо, что больше никогда не сможем испытать тот дикий восторг, тот кураж…
— Уморила, Вероника, спасибо. — Подруга сделала вид, что вытирает слезы от смеха. — Ни за что и никогда я не оборву свою жизнь даже понарошку — это дурная примета, сама знаешь. Я слишком люблю себя, чтобы сделать подобную глупость. Обещаю тебе, Ник, родные будут знать, что я в порядке.
— Если так, тогда почему ты уверена, что Стелла не организует поиски?
Виктория хищно прищурилась, ее глаза горели предвкушением.
— Побоится. Она примет мое решение, иначе… — подруга достала из декольте своего платья алый кулон, — иначе потеряет самое ценное, что ей доверила община.
Рубин дома Волковых? Драгоценный камень в желтоватом свете, льющемся из салона авто, призывно сверкал. Его овальная форма… нет, грушевидная?
Быстро наклонившись вперед и присмотревшись, я ахнула:
— Ты хочешь сказать, что это…
— Да, я увела у маман кулон Верховной ведьмы Темных Вод!
Я сморгнула и едва не ткнулась носом, всматриваясь в украшение. У старшей ведьмы дома Волковых рубин был огранен в форме овала, а тот, что был знаком Верховной общины, — в виде груши. Сразу и не рассмотришь из-за оправы. Похожи, но не идентичны, особенно в плане магии. Родовой мог собрать силу представительниц одной фамилии, общинный — всех ведьм Темных Вод.
— Пригрожу отдать камень ювелиру на распилку, если мать попытается меня искать.
Шок сменился гневом. Подруга не думала о последствиях и других людях, только о себе! Тронутая эгоистка…
— Ты сошла с ума, Вика! Этот кулон — главный ключ от источника. Если случится сильный прорыв, а его у общины не будет, вырвется в наш мир не один демон! А сотни!
Пока я кричала, ненормальная девица оставалась спокойной.
— Успокойся. Я не планирую его увозить из города. Я придумала нечто запредельно смелое.
Самоуверенно улыбаясь, Вика посвятила в свой безумный план, провернуть который без меня у нее не получится.
Выслушав его, я сразу выпалила:
— Нет! И не проси.
Сердце выпрыгивало от страха из груди. Ни за что я не соглашусь на подобную авантюру!
— Ника, пожалуйста, помоги мне, — тихо попросила Волкова. — Только тебе я доверяю настолько, чтобы попросить о подобном одолжении.
Еще бы! Другая ведьма уже бежала бы к Стелле докладывать, сверкая пятками…
Я покачала головой. В горле пересохло, и я, почти как мой Морриган, прокаркала:
— Прости, нет.
— Кулону ничто не грозит. И если потребуется, ты сразу сообщишь моей матери, где его взять.
— Нет! И не проси.
Молча Вика опустилась на колени. Моя подруга, моя сестра по магии встала передо мной на колени!..
— Вероника, я умоляю тебя о помощи, — охрипшим голосом тихо произнесла она. — Уехать из города — мой шанс на возвращение силы и счастья. Я не могу жить без магии… Я загибаюсь, медленно умираю каждый день, Ника…
Давясь сухими рыданиями, я опустилась на землю рядом с ней.
— Вик, я бы помогла… Но я не могу! Я боюсь приближаться к озеру, а ты просишь вообще поплыть на остров, где все и произошло с нами!
— Ника, — подруга обняла меня, плача. — Я помню, что ты боишься, но прошу одолеть страх ради меня, ради нас обеих… Я ведь поделюсь рецептом, когда найду его.
— Ты не понимаешь!..
Виктория сжала мои не прикрытые тканью платья плечи, впиваясь в кожу ногтями.
— Я понимаю! Еще как понимаю! Ты можешь чаровать, а я нет! И тебе насрать на меня, Ника! А ведь это ты должна была оказаться на моем месте, а я — на твоем!
Я застыла. То, чего я боялась, произошло. Она обвинила меня в своей беде. Я плохо видела лицо моей единственной подруги, но даже сквозь пелену слез различала ее ярость.
— Позволь напомнить, что так получилось потому, что ты попросила меня об одолжении. Ты, Вика! Ты! И знаешь, лучше бы меня выпили до дна, а тебя только пригубили, ведь тогда тебе снились бы кошмары, а я спала спокойно!
Мы стояли на коленях друг напротив друга. И кричали, не видя ничего, кроме собственных слез и горя.
Беда и сплотила нас, и одновременно развела. В прошлом мы были близкими, родными по магии и детским воспоминаниям. Сейчас же нас объединяло горе, разделенное в неравной мере — его Вике перепало больше.
— Пожалуйста… прошу тебя, Ника, пересиль страх ради меня, если не можешь сделать это ради себя…
Разрыдавшись еще громче, я сдалась и кивнула.
Малый круг ведьм и смена охотников дежурили на озере с одиннадцати до трех ночи, затем расходились по домам, оставляя лишь часового. Подруга подгадала, когда выпадет очередь ее жениха, прежде чем начать аферу.
