Троя полностью

Ноги поскользнулись в луже, а может, просто подкосились. Молодой мужчина повалился на колени в грязь. Перед глазами всё поплыло. Через две или три секунды кукуруза с шумом расступилась, и на прогалину выехал вездеход — чудовищный паук с четырьмя парами горящих очей-фар. Ладонь Даэмана взметнулась к лицу, не то защищая взгляд от слепящего света, не то прикрывая слёзы.

Немного погодя друзья в термокостюмах сидели на креслах, обтянутых потрескавшейся кожей, и жевали питательные плитки, передавая по кругу бутыль с водой. По настоянию молодого спутника Сейви проделала пару миль по глинистой дороге, прежде чем съехать на обочину и отключить все машинные системы, кроме защитного поля и бледно мерцающих панелей управления.

— Что это было? — наконец выдавил из себя Даэман.

— Один из калибано, — откликнулась еврейка, удобно устраиваясь на изогнутом стекле кабины с дорожным мешком под головой.

— Я слышал, как ты их называла, — огрызнулся собиратель бабочек. — Но кто они?

Старуха вздохнула:

— Возьмёшься объяснять одно — потянутся другие вопросы. Ничего-то вы, элои, не знаете. Ничегошеньки.

— Так растолкуй для начала, что значит кличка элои, — холодно произнёс Харман.

— Подозреваю, сперва в ней содержался некий оскорбительный смысл… — Яркая молния чётко высветила изборождённое морщинами лицо, однако гром донёсся гораздо позже и откуда-то издали. — Хотя, сказать по чести, мой собственный народ заслужил её намного раньше вас… Само слово взято из древней книги. Был такой рассказ об одном путешественнике во времени. Забравшись в далёкое будущее, он обнаруживает на Земле две расы. К первой, элоям, относились изнеженные бездельники, которые только развлекались на солнышке. Вторые — гадкие, уродливые морлоки, трудолюбивые, с развитой технологией, ютились в подземных пещерах, поставляя наверх пропитание, одежду и всё необходимое для своих бывших собратьев. А когда элои нагуливали жирок, то их съедали…

Где-то за полем блеснула и быстро потухла слабая молния.

— Выходит, и мы так живём? — спросил обитатель Парижского Кратера. — Войниксы, калибано — они вроде морлоков? Они нас едят?

— Ах, если бы всё было так просто, — горько усмехнулась собеседница. И, помолчав, неожиданно сказала: — Даэман, покажи-ка Харману, что ты умеешь.

— Э-э-э… Общую или дальнюю сеть?

— Дорогуша, мы пока ещё не заблудились. Конечно, дальнюю.

Молодой спутник нахмурился, однако исполнил просьбу. Со странным, неведомым доселе чувством он принялся объяснять товарищу, что нужно вообразить, дабы над запястьем появился овал синего света. Оказалось, это необычайно увлекательно — учить другого чему-то новому, пусть даже и не имеющему отношения к сексу.

— Так, а теперь вспомни кого-нибудь. Кого угодно.

Девяностодевятилетний мужчина с сомнением покачал головой, но всё же сосредоточился. Синий овал заполнил подробный чертёж Ардис-холла, вид сверху. На переднем крыльце особняка упрощённая женская фигурка беззвучно разговаривала с подобными ей примитивными человечками.

— Ада, — изрёк Даэман. — Ты думал о ней.

— Потрясающе. — Харман, широко распахнув глаза, уставился на подвижную картинку. — А теперь Одиссей.

Изображение задёргалось во все стороны и погасло.

— Правильно, — кивнул коллекционер. — Сейви говорит, что сын Лаэрта не подключён к сети. Вернись-ка лучше к моей кузине. Где она?

Харман напряг зрительную память. Возникшая в овале девушка присоединилась к толпе, собравшейся на поле в сотне с лишним ярдов от особняка. Место в самой середине, куда были устремлены все взгляды, загадочно пустовало. Собиратель бабочек наклонился ближе.

— Интересно, что там творится. Как я понимаю, вон та дыра в картинке и есть наш варвар из прошлого. И он развил бурную деятельность. Кажется, Ада прямо-таки заслушалась. Или засмотрелась…

Недавний именинник отвёл глаза от изображения.

— Сейви, а ты не морочишь нам головы? При чём здесь калибано? Почему войниксы хотели нас убить? Что вообще происходит?

Старуха сложила руки на груди.

— Итак, за несколько веков до Финального факса постлюди поумнели так, что будь здоров. Их наука достигла невероятных успехов. И хотя во время жуткой эпидемии Рубикона «посты» удрали от нас на кольца, они по-прежнему оставались хозяевами Земли. Даже хозяевами вселенной, как им казалось.

ПЛ оснастили планету ограниченной системой энергоинформационной трансмиссии, позволяющей людям факсовать, после чего увлеклись экспериментами — точнее, играми — с путешествиями во времени, квантовой телепортацией и прочими опасными вещами. Большинство их забав основывались на достижениях науки давнего-давнего двадцатого столетия — знаете, физика чёрных дыр, теория червоточин, квантовая механика, но главным образом на важном открытии двадцатого века о том, что, в сущности, всё является информацией. Факты. Сознание. Материя. Энергия. Всё на свете.

— Ничего не понимаю, — сердито откликнулся Харман.

— Кстати, Даэман, раз уж ты показал своему другу функцию дальней сети, может, пора перейти к сплошной?

— Сплошной? — Голос молодого мужчины дрогнул.