Когда я приблизился к святилищу, свет сгустился передо мной, как бы сопротивляясь моему вхождению. Я чувствовал его сопротивление не только телом, но и разумом. Свет протестовал против того, что я вхожу, что я несу с собой, что я хочу сделать. И затем из света соткалось лежащее между колоннами передо мной серебряное тело Гру. Губы его раздвинулись и показались огненные клыки, как бы предупреждая меня.
Затем глаза его, горящие, как драгоценные камни, остановились на кубке, а затем вновь встретились с моими глазами. То, что пробудилось во мне, позволило мне общаться мысленно с этим котом, который был больше, чем кот. Он занимал и будет занимать определенное место в моей жизни.
— Это мое право — и ее выбор.
И Гру отодвинулся в сторону. Я вошел в Лунное Святилище.
Сколько могущества! Оно обрушилось на меня. Я ощущал его давление на свое тело. Его покалывало тысячью иголок. Мне хотелось броситься вперед, но я сдержал себя и медленно, шаг за шагом стал продвигаться. Кубок я держал у сердца, лист грелся в другой руке.
Гатея резко обернулась, как будто в атмосфере колдовства, наполняющей святилище, появилось что-то чужое. Я увидел ее расширившиеся глаза. Она подняла руку, чтобы отослать меня прочь.
Но я знал, что нужно делать. Я сделал свой выбор, теперь была ее очередь. Я опустил лист в кубок. Он лежал пару секунд, а затем расплавился, бурлящая жидкость наполнила кубок — сама природа благословляла этот час.
Как верноподданный, я опустился на одно колено. Мне показалось, что-то давит на мою голову. Может быть, свет? Но я был готов и для короны
— правда, я к этому не стремился.
Гатея ткнула пальцем в мою сторону.
— Уходи! — это был приказ, но он был окрашен нотками страха. Голос ее увеличил давление на меня. Если бы она была тверда, я вынужден был бы уйти и мы никогда бы не соединились.
— Диана! — когда я не повиновался, Гатея повернулась снова к алтарю, над которым висела сверкающая колонна.
Я мог ее видеть, но не ясно. Ни один человек не мог бы рассмотреть эту фигуру. Но затем в этом ослепительном сиянии выделилась фигура стройной женщины. Ее лицо было похоже на лицо Гатеи — такое же гордое, замкнутое. Она была верна тому, чему решила посвятить жизнь.
— Диана! — снова крикнула Гатея.
Лицо стало холоднее, на нем мелькнула тень враждебности, неприязни. Я вдруг вспомнил, что Диана может убить того, кто покусится на ее служанку без согласия самой девушки.
Я хотел просить помощи, но понял, что ее не будет. С этим мне придется справляться самому.
— Диана! — может, я ошибся? В голосе Гатеи появились вопросительные нотки, она уже не была столь непреклонна, столь неприступна.
Из кубка спиралями поднимался вверх золотой туман — туман цвета одежды Гунноры. Затем туман стал янтарным и опьяняющий аромат заполнил пространство между нами.
— Диана… — Гатея уже не крикнула, она промурлыкала. Теперь она уже отвернулась от серебряной фигуры, чтобы видеть меня. Я заговорил, и эти слова пришли из моей памяти, где хранились с незапамятных времен, о которых уже давно не помнил никто.
— Поле ждет семени. Могущество леди вспахало поле. Пришел тот, кому суждено пробудить поле, чтобы затем созрел урожай, который оживит тело, разум и душу.
Гатея двинулась ко мне. Один нерешительный шаг, затем другой. На лице ее отражалась ее внутренняя борьба. Я держал кубок, ждал. Выбор. Выбор был за ней. Я не мог настаивать. Она сама должна придти ко мне. Сама.
Очень долго она стояла так близко от меня, что я мог протянуть руку, коснуться ее мягкого тела. Но так нельзя. Да, могущество передается от мужчины девушке, а затем от новой женщины обратно к мужчине. И только тогда, когда обмен будет совершен, целое будет более величественно, чем отдельные части. И все же выбор был за Гатеей.
— Диана… — еле слышный шепот. Серебряный свет запульсировал вокруг нас. Сначала горячий, затем холодный, как будто он отражал внутреннюю борьбу Гатеи.
Она пристально смотрела в мои глаза. Ничто не передавалось между нами. Я не знаю, что она хотела увидеть, а может быть, и увидела. Ее руки медленно поднялись, и… она хочет взять у меня кубок? Или сделать что-то другое?
Ее пальцы обхватили мои пальцы, сжимающие кубок. Затем она вынула его из моих рук. Когда она взяла его, я наклонился и коснулся ее белой ноги. Старые слова полились с моих губ.
— Тот, кто ищет, всегда найдет. В каждой девушке находится королева. И во имя леди я приветствую ее, так же, как приветствую тебя.
Я поднял руки и положил их туда, где ее стройные бедра соединялись с телом.
— В девушке всегда живет поле, ждущее урожая. Во имя Леди, я приветствую тебя.
Поднявшись на ноги, я коснулся ее твердых маленьких грудей.
— В девушке живет тот, кто придет, когда наступит время. Во имя Леди я приветствую тебя.
Гатея держала кубок так, что он находился между ее губами и моими. В глазах ее проснулось другое чувство — удивление, нетерпеливое ожидание.
