Что должен был сделать дроу, теург не слишком поняла. Возможно, выйти на площадь Мира и сообщать о своей любви каждому встречному. Так или иначе, а никакой публичности дантист не желал. Его практика и без того многочисленностью клиентов не отличалась. Поход к зубному врачу и так стресс для любого. А уж если врач дроу, в смысле, больной на всю голову, да ещё и с несколько не совсем обычными предпочтениями...
В общем, загрустив и затосковав от недостатка внимания и неудовлетворённых желаний, студент засел за написание научного труда, посвящённого своему хобби. То есть, троллям. И так его это дело увлекло, что, в конце концов, он покинул неблагодарного возлюбленного, подавшись в егеря.
Ничего необычного в истории не было. Разве что немного смущало единство полов влюбленных. Но в просвещённый век этим никого не удивишь. И замени «студента» на «студентку», событие вышло и вовсе бы банальным. Разве что девушка подалась бы не в егеря, а уехала к маме. Хотя, опять же, век просвещённый - могла и в смотрители податься. Попробовать, по крайней мере.
На этом нормальности заканчивались. Дантист, погоревав, сначала решил прославиться. И вплотную заняться наукой. Идею ему подсказало хобби его любимого. Эксперименты закончились отобранной лицензией. И логично - сам Фанир уверял, что это очень логично, - что дроу решил извести всех троллей на корню. А зная, как его коварный любовник относится к этим созданиям, способ был выбран наиболее мерзкий. Чтобы, значит, егеря совесть замучила. Ну и сами «твари» помучились тоже. Ибо не дело это - отбирать у приличных граждан их любовь.
После такого вывода в кабинете инспектора повисла озадаченная тишина. Даже громилы-охранники, к мыслительной деятельности, кажется, вовсе неприспособленные, выглядели ошарашенно. Гиккори разглядывал собственные записи, барабаня пальцами по столу. А Яте исподлобья изучал невозмутимого дроу, как будто пытаясь понять: действительно ли дантист сумасшедший, как мартовский заяц, или просто пытается таковым выглядеть.
Каро же казалось, что даже для сумасшествия это всё как-то... слишком.
- А шкуры-то вы зачем снимали. Да ещё и продавали их перекупщикам? - мрачно поинтересовался Гиккори, вдоволь набарабанившись по столешнице.
- Надо же мне на что-то жить? - удивился дантист. - Я много времени уделял отслеживанию добычи. В последнее время они стали слишком уж осторожными. И, естественно, других источников дохода у меня не имелось. Да и хоть что-то получить с этих тварей тоже нужно. Вот шкуры и ещё зубы, - тут Фанир застеснялся, отвёл глаза в сторону и даже покраснел. В смысле, полиловел. - Я из них статуэточки резал. Такие ма-аленькие. А потом продавал. Между прочим, знатоки отмечали, что работа очень тонкая и искусная.
- Знатоки резьбы по тролльей кости? - ещё больше посмурнев, уточнил полицейский.
- Нет, ну что вы! Я выдавал её за драконью. Структура похожа. Найденные останки этих рептилий тоже будто закаменевшие. Потому обработка такого материала требует определённых навыков.
- Это не те-ка, - вдруг заявил Яте и выпрямился в кресле, наконец соизволив открыть глаза.
Только вот он смотрел ни на кого-то конкретного, а в стену. Даже будто сквозь неё.
- Какое ещё те-ка? - прошипел сквозь зубы измученный инспектор.
- Вы же служили на Островах, - отозвался почему-то не тег, а Алекс. - Точка схода. Момент, когда духи сводят воедино множество линий, судеб и событий только для того, чтобы произошло что-то конкретное.
С такой формулировкой Каро бы поспорила, само понятие вмещало в себя гораздо большее. Но и она готова была согласиться с тем, что уж слишком многое и слишком странное сходилось в одной точке - на Горхе. И на волю Семерых это не походило совершенно. Скорее уж, на чей-то замысел.
Но дискутировать на теологические темы времени не хватало. Медик вдруг вскочил и, едва не снеся по пути полицейского, ломанулся к двери.
- Куда? - крикнул Рон, который, в общем-то, эксперта успел опередить и даже дверь первым открыл.
- К Горху! Там сейчас кто-то умрёт...
Теург ничего не поняла. Но только юбки проворно подхватила, чтобы от других не отстать.
***
После того, как Росс сыпанул в лапу кебмена целую горсть эльзаров, лошадь, кажется, превратилась в пегаса. Но теге всё равно мерещилось, будто тащатся они с черепашьей скоростью. Девушке хотелось выпрыгнуть из экипажа и бегом побежать. Не только потому, что так быстрее б получилось. Просто напряжение, повисшее в карете, становилось невыносимым. Оно ползало по коже, заставляя подниматься волоски дыбом. И даже голос подать страшно.
- Ты Видящий? - спросила Каро, только когда они уже подъехали к мастерской.
Яте коротко кивнул, никак не комментируя такое, в общем-то, сенсационное, признание.
Видящих, то есть, способных различить распутать нити судьбы, а иногда даже и прочитать, правда, не слишком разборчиво, грядущее событие, в Элизии считали байкой. Собственно, небылиц о них слагали действительно немало. Будущего они не предсказывали - это не по силам никому из живущих. А уж мёртвым и подавно.