Слева, почти лицом к лицу с Винтер, сжимая в руке остатки стула, стояла девушка-подросток примерно одних лет с Молли, веснушчатая и светловолосая. Она тяжело дышала. Винтер настороженно кивнула ей и отступила в прихожую.
— Молли? Бекс? — окликнула она.
— Я в порядке, — сквозь стиснутые зубы отозвалась Бекс. Она сидела на полу, вытянув перед собой раненую руку, а Молли деловито рвала на полосы нижнюю рубаху одного из убитых, чтобы сделать перевязку. — Рана… ой… неглубокая.
— Кит?
Кит помахала ей с обломков стола и не без труда начала подниматься на ноги. На ее щеке багровел свежий кровоподтек, но в целом она, судя по всему, не пострадала.
— Извини, я не смогла его удержать.
Винтер кивнула, чувствуя, как напряжение отпускает — словно в груди сам собой расплелся невидимый тугой узел. Опа вернулась в короткий коридор за дверным проемом и пинком отбросила упавшую шпагу подальше от раненого агента; тот благоразумно затих, скорчившись на полу. Веснушчатая девушка так и стояла в коридоре. Позади нее на пороге маячил Дантон, безразлично, с приоткрытым ртом взирая на поверженные тела.
— Кто ты такая? — спросила девушка. Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, но, судя по учащенному дыханию, была на грани паники.
Сообразив, что по-прежнему сжимает в руке окровавленную шпагу, Винтер положила ее на пол и как можно спокойнее ответила:
— Мое имя Винтер, я работаю на Чокнутую Джейн. Ты из друзей Дантона?
— Что-то в этом роде, — пробормотала девушка. — Меня зовут Кора. Я поднялась сюда… когда…
Взгляд ее упал на заколотого агента, и она осеклась, не в силах оторвать глаз от крови, что растекалась из-под трупа.
— Кора, — мягко позвала Винтер.
Девушка резко вскинула голову, глаза ее были полны слез. Винтер протянула руку, и та не без опаски ухватилась за нее. Винтер бережно провела ее мимо убитых и вывела в прихожую.
— Спасибо. — Кора протерла кулачками глаза. — Я смотрела на заседание с балкона за алтарем, когда в собор ворвались пшики Конкордата. Я сразу же бросилась наверх, надеялась, что сумею вывести Дантона, но «черные» перекрыли нам путь.
Мы были на Вдовьей галерее. В зале полно громил из Особой службы. — Винтер выглянула в коридор, желая убедиться, что девушки не оставили наблюдательный пункт. — Мы надеялись выбраться через черный ход.
Кора покачала головой.
— Я проверяла лестницу в заднюю часть собора — она перекрыта. Но ведь нам и не нужно выводить Дантона наружу. Надо привести его в главный зал!
— В главный зал?! Зачем?
— Он должен выступить с речью, — сказала Кора.
Кит уже поднялась на ноги и подошла к ним.
— С чего ты взяла, что его станут слушать? — осведомилась она.
— У них просто не останется выхода, — ответила Кора. — Дантон может быть
Винтер покачала головой.
— Что за чушь! Там, в зале, добрая сотня вооруженных головорезов Последнего Герцога — и Дантон хочет
— Ты когда-нибудь видела его выступление? — спросила Кора.
Винтер промолчала. Видела, конечно же, — тогда, в Вендре, — и нельзя отрицать, что оно произвело ошеломляющее впечатление. Толпа заключенных вдребезги разнесла позиции солдат Конкордата. «Вот только в ту ночь мы ударили по ним с тыла и застали врасплох». Даже если сейчас депутаты откликнутся на речь Дантона так же пылко, громилы Особой службы будут начеку. Возможно, толпа и подавит их сопротивление — но не бескровно, далеко не бескровно.
«Тяните время», — написал Янус. Что ж, быть может, это сработает. Если убедить Дантона говорить помедленней…
— Дайте мне побеседовать с ним, — вслух сказала Винтер.
Кора помотала головой.
Он не… он почти ни с кем не говорит с глазу на глаз.
— Хоть минутку. — Винтер прикусила губу. — Раз уж мы задумали такое, нужно убедиться, что он понимает, на что идет.
— Я не… — начала Кора и запнулась. — Ладно, попытайся.
Винтер прошла залитым кровью коротким коридором. Дверь в его конце все так же была распахнута, и Дантон сидел в хлипком кресле, благожелательно уставясь в никуда. У его ног красовалось несколько пустых бутылок.
«Может, он пьян? Тогда понятно, откуда этот бессмысленный взгляд».
Что ж, по крайней мере, выглядел он прилично — элегантный, подчеркнуто скромный сюртук с золотыми пуговицами, волосы аккуратно причесаны, шляпа, закрепленная булавками, сидит как положено. Заметив Винтер, Дантон помахал рукой.
— Привет, — сказал он.
— Привет, — настороженно отозвалась она. — Я — Винтер.
— Привет, — повторил Дантон и засмеялся.
— Кора сказала, ты хочешь произнести речь, — продолжала Винтер, пытаясь хоть что-то прочесть на его лице. — Тебе ведь известно, что происходит внизу, верно?
— Люди ждут, когда я расскажу им свою историю, — сообщил Дантон с широкой бесхитростной улыбкой. — Я готов. Кора мне все сказала, и я готов.
— Твою… историю? Не понимаю.
— Я люблю рассказывать истории.
Что-то здесь чертовски не так. Может, он притворяется? Винтер шагнула вперед, остановилась у кресла, и Дантон, подняв голову, бессмысленно воззрился на нее. В его голубых глазах светилось одно только безыскусное любопытство.
