— Но это же безумие! Генеральные штаты собрались здесь по приглашению королевы. Это
— Скажи об этом герцогу при встрече! — огрызнулась Винтер.
Кит ненадолго примолкла. Наконец проговорила:
— Что же нам теперь делать?
— Не знаю! Дай подумать. — Винтер быстро глянула на стайку девушек — те, позабыв о скучном заседании, теперь во все глаза смотрели на них. — Для начала давай попытаемся вывести их отсюда. Как только будем внизу, я попробую разыскать Гифорта. У него под началом жандармы — может, у нас выйдет соорудить баррикаду.
«И кроме того, он у меня в долгу».
— Ладно. — Кит глубоко вздохнула. — Ты, конечно же, не при оружии?
Винтер вновь покачала головой.
— Мне и в голову не пришло, что оно понадобится.
— Мне тоже. Святые и, мать их, мученики! — Кит не без труда сглотнула и решительно выпрямилась. — Пошли.
Согнать девушек вместе и убедить их, что нужно уйти, — ни в коем случае не называя причины, чтобы чей-нибудь испуганный вскрик не вызвал паники, — заняло больше времени, чем хотелось бы. Наконец уговоры увенчались успехом, и компания без происшествий двинулась по шаткой галерее, избегая любопытных взглядов остальных зрителей.
Главная лестница на галерею располагалась в изгибе «подковы», у дальней стены зала. Вдалеке, на правой оконечности балкона, узкие мостки вели к каменной двери, а за ней скрывался лабиринт бесчисленных комнат второго и третьего этажей. Винтер направила своих подопечных к лестнице и сама пошла в паре шагов впереди, предоставив Кит присматривать за девушками.
Лестница изгибалась несколькими пролетами, и, начав спускаться, Винтер обнаружила: ступени содрогаются от дробного топота. С галереи никто, кроме них, не уходил, и это означало, что кто-то поднимается снизу, из зала. Либо какая-то многочисленная компания вдруг решила понаблюдать за происходящим сверху, либо…
Четверо мужчин вынырнули из-за поворота, остановились плечом к плечу и прочно перегородили проход. С первого взгляда в них трудно было признать агентов Конкордата — ни черных шинелей, ни блестящих значков, заурядные, довольно поношенные сюртуки, какие носят ремесленники, — но все четверо были при шпагах, и слаженный, четкий маневр, которым они перекрыли лестницу, послужил Винтер сигналом тревоги. Она попятилась и тут же столкнулась с Кит и Молли, что уже направлялись вниз. Сзади напирали прочие девушки — они беспечно болтали и не замечали, что происходит.
— Назад! — бросила Винтер. — Возвращайтесь наверх, живо!
Откуда-то снизу отрывисто рявкнули приказ. Все четверо тут же выхватили пистолеты, спрятанные за отворотами сюртуков.
Одна из девушек пронзительно взвизгнула. В тот же миг внизу раздались крики — по разом оборвались, как только грохнул пистолетный выстрел.
Я — капитан Ричард Брэк! — прогремел властный голос, и гулкое эхо отразилось от высоких сводов. — Министерство информации, Особая служба! Все, кто находится в этом зале, арестованы!
— И все, кто над залом, тоже! — манерно растягивая слова, добавил один из четверки. — Эй вы, девицы, слышали? Спускайтесь вниз, живо!
Все назад! — выкрикнула Винтер, толкая визжащую Бекс вверх по лестнице.
Остальных подгонять не пришлось — ступени уже трещали от гопота убегающих ног.
— Кит! Туда! — Винтер отчаянно махнула рукой вправо.
— Стой, кому говорю! — заорал агент Конкордата и, шагнув вперед, в упор навел на нее пистолет. — Мы — сотрудники Особой службы! Что это вы себе позволяете?
Взгляды их скрестились, и Винтер мгновенно оценила ситуацию. Пистолет он держит неловко, пояс со шпагой новенький, с иголочки, и сидит кое-как. А в глазах затаился тщательно скрываемый… страх, подумала Винтер. Да, страх. Это явно не один из умелых убийц Орланко. Он, наверное, даже ни разу в жизни не стрелял из пистолета, что сжимает в руке.
Особая служба — судя по всему, резерв. Не кадровые агенты Конкордата, но некая группа, мобилизованная по случаю чрезвычайного положения. Те, кого посылают не сражаться, а запугивать беспомощных обывателей, кто добивается покорности одним только видом оружия, без необходимости пускать его в ход…
Имей она дело с опытным солдатом, ее следующий ход оказался бы самоубийственным. Правда, опытный солдат прежде всего ни за что не подошел бы так близко. Левая рука девушки метнулась вперед и цепко обхватила пистолет вокруг курка. Сотрудник Особой службы от неожиданности икнул и судорожно надавил на спусковой крючок, но он колебался слишком долго, и кремень изо всей силы ударил в тыльную сторону ладони Винтер. Это было чертовски больно, зато не вышибло искр. Глаза громилы расширились в забавном удивлении, а она взмахнула правой рукой и врезала по его запястью. Пальцы агента сами собой разжались, и Винтер выдернула у него оружие. Прежде чем его спутники сообразили, что происходит, она развернула пистолет, щелкнула курком и прицелилась ему в лоб. Он оцепенел.
— В Зверя душу мать! — вырвалось у его товарища, и три других пистолета, качнувшись, уставились на Винтер.
— Только без глупостей!
