Позорная трёпка, полученная от Сасая, определённо открыла ему глаза на некоторые неприятные моменты. Напомнила о предыдущих схватках что в Копейном дворе, что в столице далёкого севера.
Ему определённо нужен простор для манёвров и возможность разорвать дистанцию, если противник вздумает швырять его из стороны в сторону, как чугунный котелок. Опять же, грубая сила - это удел обычных каритов. Вот пусть они её и применяют направо и налево. Шоуки же дёрнет здесь, подвернёт там, чуть сдвинется в сторону, позволяя ножу просвистеть мимо. Он мог драться сейчас с закрытыми глазами - на такой дистанции Ичи просто не мог пользоваться ножами в полной мере, многие углы атаки для него были просто закрыты, если он не хотел вогнать их сам в себя в случае, если Шоуки увернётся или чуть изменит направление летящей стали точечным воздействием. Молодой аристократ познал этот факт быстро и едва не на собственной шкуре - рукав он себе распорол, но кожу, к счастью, не зацепил.
Иначе бы поединок кончился, а Шоуки этого не хотел. Ему нужно было ещё немного времени, чтобы освоиться, покружиться, отбивая удары противника и нанося собственные, уклоняясь едва заметными движениями от порхающих в воздухе ножей. Он атаковал всё чаще и свободнее, быстрее, опаснее, чётко контролируя пространство вокруг себя даром, но глядя прямо на противника. Удары того были сильны, но не очень сильны - он тратил слишком много внимания и силы на то, чтобы удерживать ножи в своей власти. Шоуки даже немного напитал собственный клинок духовной силой, делая свои удары более тяжёлыми. Теперь их удары высекали искры. На одном дыхании они пересекли двор - Шоуки наседал, обрушиваясь на противника чередой атак, и проходя через маленький рой летящих ножей как ветер сквозь рыбацкие сети. Ичи всё больше сосредоточенно хмурился, самоуверенности у него поубавилось, да и навыки фехтования были не так хороши, как казалось вначале.
Слишком многие кариты уповали на сильные удары, насыщенные духовной силой, сминающие блоки противника, а то и ломающие их клинки. Отнимешь у них это преимущество - и смотри-ка, фехтует не хуже и не лучше погодок Шоуки из поместья Сиасай.
Вот Ичи ослабил контроль над ножами и попытался ударить как привык - сильно. Шоуки развернулся боком, позволяя его клинку с жалобным звяком выбить крошку из каменных плит двора, перехватил пять из восьми ножей из ослабшей хватки противника, и метнул их вперёд, заставив аристократа отпрыгнуть и уворачиваться.
Он мог закончить этот поединок сейчас - он контролировал происходящее, каждую пядь стали и мог чётко сказать, куда сейчас прикладывает силу противник. Вот он ослабляет свой контроль за оставшимся в его распоряжении металлом, и Шоуки, оставив клинки в покое, пустил перед собой довольно узкую волну духовной силы. Будто щит, она частью отразила, частью ослабила волну противника, так что на молодом карите только одежда затрепетала как от порыва ветра, да ножи зазвенели по камням, укатываясь к стене.
Позволил себе чуть приподнять уголки губ в улыбке - угадал. И ударил сам - волной, узкой и сильной по ногам, заваливая аристократа и заставляя катиться кубарем. Раз, другой - в обратную сторону, к дальней стене двора, подбирая заодно раскатившиеся ножи. Духовный сосуд пустел от такого использования, в груди начинало слабенько ныть, но он позволил себе отвесить противнику ещё один мощный “пинок”, сбивший окончательно попытки аристократа восстановить контроль хотя бы над собственным оружием. Потом просто бросил нож в лицо пытающегося вскочить карита, остановив его так, чтобы кончик едва царапнул кончик носа Ичи, пуская кровь. У него было достаточно умения и контроля, чтобы провернуть такое. Контроль - вот его главное оружие. Недоступная другим каритам точность исполнения и способность к сбору информации через этот контроль. И расстояние, на котором он может контролировать окружающий металл.
— Полагаю, поединок окончен. Вы удовлетворены, уважаемый? — он чуть склонил голову на бок, с незнакомым доселе удовольствием наблюдая за тем, как растерянно хлопает глазами Ичи, дыша тяжело и измотано. Собственное дыхание Шоуки тоже тщательно контролировал всё это время, и почти не запыхался. И повернулся к кучке молодых аристократов, замерших у стены в растерянности и даже, кажется, немного страхе. — У наблюдателей нет возражений?
Головы отрицательно качнулись туда-сюда. Шоуки сложил руки и поклонился им, затем - похмуревшему противнику, вынужденного ответить тем же. Потом уже повернулся к крытому переходу, и глубоко и уважительно поклонился учителю, благодаря за науку и подсказки, что позволили ему наконец осознать собственную силу.
