Адэр встал в полный рост. Вслед за ним поднялись люди. Их хмурые взгляды были прикованы к Кангушару. Неужели ветоны не знали, что он принесёт клятву верности чужеземному правителю? Похоже, что не знали… Ещё одно подтверждение тому, что командир защитников обладает безграничной и непререкаемой властью.
Адэр обменялся с Кангушаром рукопожатием. Двинулся вдоль шеренги защитников, подошёл к Эшу и крепко стиснул широкую ладонь. Кивком ответил на поклоны членов Совета. Вернулся на лестницу и окинул взглядом толпу.
– Мой народ! – произнёс он на языке ветонов. – И не убоюсь повторить снова: мой народ! Ибо с этой минуты вы – мои братья и сёстры. Годы распада остались позади, мёртвый сезон закончился. Мы с вами стоим у начала великой дороги, которая приведёт нас к единству страны. Запомните этот день. Пройдёт время, и вы дадите ему имя. Этот день будет самым светлым праздником всех поколений. Стоя перед вами, клянусь не сворачивать с праведного пути. Клянусь вести народ и страну к процветанию и благополучию.
Адэр прижал ладонь к груди и склонил голову.
Он сидел на лестнице особняка и, жмурясь от солнца, наблюдал, как стражи грузят в багажники сумки, корзины с провизией, рюкзаки. Стоя в стороне, новый командир защитников и староста ветонского Совета давали последние наставления Эшу – Адэр в последнюю минуту пригласил его с собой в замок.
Из-за угла появился Крикс:
– Насчёт машины для стражей я договорился. Сейчас подъедет. Уверены, что не хотите взять моих ребят?
– Не хочу.
– Драго, карту! – крикнул Крикс и через пару секунд разложил карту на ступенях. Провёл пальцем по серому пятну резервации, пересёк границу и заскользил по тонкой линии. – Вот хорошая дорога. Проходит через земли общины тезов. Остановитесь на ночлег в Зурбуне. Этот город чем-то напоминает тезарские города. Потом всё время вдоль побережья. Селений больше не будет и дорога хуже, зато до замка рукой подать.
– Ты был в Зурбуне?
– Проезжал мимо. Я решил начать проверку с резервации, а потом вернуться к тезам.
– Через пять дней я созываю Совет. Успеешь?
– Приложу все силы.
Из дома напротив вышла Малика. Адэр подозвал её и отпустил Крикса.
Она села на прогретые солнцем ступени, потупила взор.
– Довольна?
– Да, мой правитель. Теперь вы не сможете отказаться от народа, который присягнул вам в верности.
– Неужели?
– Вы потеряете лицо, мой правитель.
– И ты решила, что теперь свободна от своих обещаний?
– А разве нет?
– Я тебя ещё не простил.
Малика поднялась:
– Мне уже не нужно ваше прощение. Мы квиты.
– Скажи, неужели этот народ… народ, который тебя ненавидит, тебе дороже твоей чести?
– Вы рисковали своей честью. О моей чести не стоит беспокоиться, – сказала она и направилась к вышедшему из дома Вилару.
***
Небо – все предыдущие дни яркое и чистое – на прощание затянулось тучами. На обочинах гладкой как шёлк дороги пестрил лес, и даже пасмурная погода не могла притушить его разноцветье. Вилару хотелось вдавить педаль газа в пол и понестись на максимальной скорости, но он сдерживал себя, поглядывая в зеркало заднего вида на машину непонятно какого года выпуска и непонятно какой модели. Где Крикс её откопал? И как в ней поместились пятеро стражей?
Малика сидела сзади, вжимаясь в дверцу. Бледная, осунувшаяся. Перед отъездом из города Вилару не удалось поговорить с ней. Где она была ночью? Однозначно не с Адэром, иначе на площадь они пришли бы вместе. Боится, что Адэр не простит её? Уже простил, раз спит, уложив голову ей на колени. Или она до сих пор переживает о ветонах? Зря! Правитель уехал из Лайдары победителем. Гражданская война теперь не в его интересах.
Автомобиль качнуло: на полу между креслами заворочался Парень. За последние дни он сильно вырос и перестал походить на щенка: холка до середины бедра взрослого человека, голова размером с тыкву, глаза то ярко-красные, то рубиновые как кровь. Одним словом – зверь.
Вилар покосился на Эша. Поигрывая желваками, отставной командир неотрывно смотрел на дорогу. Его можно понять – правитель не сказал ему, зачем он едет в замок.
После полудня автомобили полетели в гору и, миновав пик подъёма, начали спуск. Эш посерел. Ещё бы! Ветонский лес остался позади, впереди дымится жёлтой пылью бескрайняя пустошь.
– Никогда не покидал резервацию? – спросил Адэр, закрывая лицо согнутой в локте рукой.
Удивительный человек! Вилар только недавно подметил способность друга определять настроение людей, даже не глядя на них.
– Никогда, – ответил Эш тихо.
Вечером путники остановились в постоялом дворе. Приняли душ на заднем дворике, ночь проворочались в холодных постелях, позавтракали тем, что взяли с собой, и вновь засобирались в дорогу.
Адэр разложил на капоте автомобиля карту:
– Поедем через Зурбун.
– Нет, мне в другую сторону, – сказал Вилар. – Надо уладить кое-какие дела.
– Через четыре дня Совет.
– Успею. Возьмёшь двух стражей?
– Одного, – покачал головой Адэр. – Малике сзади будет тесно.
Сложив карту, посмотрел на Ютала. Страж подпирал спиной забор, прижимая к груди руку в фиксирующей повязке.
– Ютал! Рука болит? – спросил Адэр.
Страж выпрямился:
– Совсем не болит.
