— ААА… — крики девушки раздражали. Поэтому положив руку на ее рот, я наложил печать немоты. Она даже не заметила этого, продолжая плакать и кричать без звука.
— Так намного лучше.
Я с интересом разглядывал кусок мяса, которое под воздействием техники стало изменяться. Кровь иссыхала, а ткани твердели. Вскоре в моих руках лежало иссушённое мясо, больше походившие на булыжник, чем на мясцо человека.
Подкинув пару раз этот кусок в воздух, я стал вливать в него жизненную энергию, возвращая ее обратно. Но сколько бы я не вливал, мясо не изменялось, оставаясь булыжником. Это было странно. Ощущения говорили мне, что жизненная сила успешно вливалась и никуда не утекала. Вскоре, я почувствовал головную боль, когда стал уже использовать свою энергию. Продолжая это дело около минуты, резко прекратил вливать, почувствовав легкое дерганье камня, а также головокружение.
Булыжник упал с моей ладони. Я смотрел на него в замешательстве. Пока камень перекатывался возле моих ног. Это выглядело странно и страшно. Из-за чего мне прямо сейчас хотелось сжечь булыжник. Но чуть успокоившись, я поднял серое иссохшие мясо левой рукой.
— Пиу… — вдруг раздался звук в моей голову. Нет, это было другое, словно кто-то тихо прошептал возле моего уха, но в то же время не походило на это. Странное ощущение. — Пиу-Пиу…
Я посмотрел на камень. Звук мог исходить только от него. Девка давно потеряла сознание, когда я прижёг ее ранение. Ей еще рано умирать.
— Пиу? — как-то вопросительно прозвучал звук, который заставил мою спину покрыться мурашками от новых ощущений. Я медленно и аккуратно протянул указательный палец правой руки, а затем дотронулся до булыжника. — Пи-у! — камень стал тереться о мой палец, выражая как видимо радость.
— Трындец… — монотонно произнес я, смотря на эту картину, — Разумный иссохший кусок мясо насильника — трапа, который успешно поменял пол…
— Пиу? — я обратил внимание на булыжник, который тыкался в меня. Похоже ему нравилось мои прикосновения. Поэтому я продолжил гладить его пальцем, как бы странно это не смотрелось. — Пиу-Пиу…
— Что же мне с тобой делать? — произнес я, задумчиво осматривая это создание. — Назову-ка я тебя… хм, Пиу.
— Пиу-Пиу… Пиу-Пиу…
Хмыкнув, я аккуратно положил нового питомца, под его возмущения, на бочонок унитаза. Посмотрев на Пиу, а затем на девушку, которая все еще была без сознания. У меня зародилась идея.
— Ну что же, — я подошел к Юи, и положил ладонь на ее голову. Затем вздохнув, полностью сосредоточился на технике. Вскоре тело жертвы начало биться в конвульсии. Если бы не печать, то я уверен, что комнату бы заполнило крики агонии.
Мне хватило около десяти минут чтобы полностью поглотить жизненную энергию Юи. Некогда красивая девушка, хоть и в прошлом парень, превратилась в серую мумию. За это время, я примерно понял почему эффект от способности на ней отличался от белки. Возможно дело было в чакре. Хотя она была у всех, даже у животных, но было одно отличие. Чакра — это соединение двух энергий, жизненной и духовной. Жизненная отвечало за тело, духовная за разум. У обычных животных соотношение энергий было около 90 %/10 %. У среднестатистического шиноби 50 %/50 %. Возможно из-за большого количества духовной энергии результат техники отличился.
Последний раз окинув мумию взглядом, я посмотрел на Пиу, который двигался туда-сюда по крышке бака унитаза. Протянув руку, я схватил и поднял булыжник.
— Пиу?
Я быстро стал вливать в камень поглощенную ранее жизненную энергию. По пискам Пиу было не понятно, что он чувствует. Вскоре прошло пару минут, но булыжник не изменился. Как по внешнему виду, так и по звукам. Поэтому мне захотелось поэкспериментировать. Создав клона, я приказал ему поглотить природную энергию. Мог бы и сам, но было как-то лень.
Клону потребовалось около минуты, чтобы войти в режим мудреца. У меня не было оранжевых теней, как у оригинального Наруто. Точнее сначала были, но после полугода тренировок под руководством Фукасаку они исчезли. Клон развеялся, передав мне природную энергию. Чуть застыв на пару секунд впитывая чакру, я вошел в режим мудреца.
Осматривая Пиу, ничего сверхъестественного не увидел. Поэтому чуть замявшись, вспоминая того пушистого, которого я изуродовал, стал вливать жизненную и природную энергию камню. Это было зря. Но понял только тогда, когда влил последнюю каплю природной энергии в это существо, выйдя из режима мудреца. У булыжника резко появился рот с акульими зубами, а затем он вцепился мне в ладонь.
