Он чего извлек несколько мешочков с ценностями и выложил их на стол.
— Внушительные трофеи, — присвистнула воительница. — Трактирщик оказался достаточно состоятельным человеком.
— Тут не только его деньги. Сама понимаешь: тут медяк, там медяк.
— Да-да, вместе дают кошель, — она взяла один из мешочков и подбросила его в руке — монеты в нем мелодично звякнули, — с золотом.
— Что поделать, — развел руками Антэрн, — где-то прибывает, где-то убывает.
Тишайя усмехнулась.
— Да, так обычно и происходит. Что-нибудь еще?
— В телеге. Как я говорил, на нас напали в лесу, и я еще не успел продать трофеи.
— Поняла, пристроим куда-нибудь.
— Спасибо, — Антэрн поднялся. — Что бы я без тебя делал?
— Вот и я задаюсь этим вопросом, — улыбнулась ему Тишайя. — Отдохни, завтра нам предстоит долгая дорога.
— Спасибо. Так и поступлю. Кстати, присмотри там за мальчишкой, а то знаю я твоих, хм, барышень.
— Не волнуйся, я не дозволю им испортить столь чистый и невинный цветочек, — прыснула воительница. — Спи иди, добрых тебе снов.
— Спасибо, надеюсь, что так и будет.
Антэрн проснулся от собственного вопля.
«Все в порядке», — пытался он унять бешено колотящееся сердце. — «Просто кошмар, как всегда».
Воин слез с кровати и обхватил голову руками.
«Как всегда… Только мне начинает казаться, что стало легче, они возвращаются».
Мастер меча вздохнул, чувствуя, что этой ночью уже не сможет сомкнуть глаз, несмотря на всю свою усталость. Когда подобное случалось, Антэрн делал одно и то же.
Взяв в руки меч, он покинул свою комнату и, пройдя через черный ход, оказался во внутреннем дворе таверны. Тут по приказу Тишайи разбили небольшой, но очень симпатичный садик, в котором всегда было тихо и спокойно. Антэрн не в первый раз посещал его, тут было тихо и спокойно, неяркий звездный свет проникал сквозь кроны яблонь и груш, и все вокруг действовало в высшей мере умиротворяюще.
Антэрн, как и всегда, нашел свое любимое место — небольшую полянку, очерченную ягодными кустами. Он разулся и снял рубаху. Мягкая травка приятно холодила ступни, а ночной ветерок, уже не таящий в себе напоминание о нестерпимой дневной жаре — гладил плечи и спину.
Мастер меча извлек оружие из ножен, и нанес несколько простых атак. Когда тело разогрелось достаточно, он подключил ноги и стал танцевать с тенью, отрабатывая бой сперва с одним человеком, а потом и с группой.
Этот метод помогал с детских лет. Антэрн становился единым со своим оружием, и все страхи, кошмары, неудачи и обиды отступали на задний план. Он не отрабатывал приемы, а кружился в смертоносном и прекрасном танце, каждое па которого было заучено и отработано в сотнях боев.
Ни о чем не думать, ничего не бояться, просто атаковать, уходить с линий удара, парировать. И плевать, что врага нет! Он есть, он сидит где-то внутри, и не дает спать, насылая кошмары. Этот страшный, мерзкий демон по имени «память».
Новый удар!
И еще один!
— А-а-а-ар!!!
В последнюю атаку Антэрн вложил остатки сил и замер в той точке, с которой начал движение. Он устало вздохнул и огляделся — в небесах алел диск поднимающегося солнца.
Тьма отступила, пришло утро. Пора было возвращаться в комнату.
Рассвет выдался восхитительным. Антэрн, вдоволь намахавшийся мечом, подошел к окну, широко распахнув ставши и впустив солнечный свет в комнату.
Яркие лучи тотчас же осветили стройное тело, покрытое шрамами. Воин не мог похвастаться огромными мускулами, но этого ему и не требовалось: тело — крепкое и жилистое, без единой унции жира — отличалось поразительной выносливостью и недюжинной силой. Годы тренировок сделали свое дело, и Антэрн, захоти он того, с легкостью мог бы стать моделью для скульптора, которых в последние годы развелось до неприличия много.
