Те удивленно посмотрели на меня; не бросая грести, ближайший ко мне покачал головой.
— Да что вы, господин, кому он нужен? Это ничья земля…
Ульврвэг возник перед нами внезапно, черной громадой выступив из сплошного тумана перед самым, как мне показалось, носом лодки. Сидящий на носу с фонарем скомандовал что-то гребцам, те развернули лодку наискось против течения и медленно стали подгребать к берегу острова.
Они высадили нас с Дэном на узкой полоске песка и камней, тянувшейся вдоль береговых скал; достали откуда-то второй фонарь и отдали нам, запалив свечу в нем от первого. Ни один из них не решился коснуться ногой земли, но они обещали дожидаться нас «хоть до самого утра».
…Необходимость в фонаре пропала, едва мы с Дэном поднялись по береговому обрыву футов на сорок: здесь, на высоте, совсем не было тумана, и огромная полная луна заливала скалы серебристым своим светом.
Часовню мы увидели сразу, как только поднялись на плато острова: она стояла не более, чем в полумиле от нас, и казалась Страшной даже издалека. Часовня была сложена из огромных отесанных камней, и такими же камнями перекрыта; очевидная грубость постройки говорила о ее древности. Не говоря ни слова, мы отправились к ней.
— Арт, — сказал Дэни, когда мы остановились перед Часовней. — Давай все-таки войдем вместе.
Я не ответил: мне показалось в тот миг, что лунный свет растворяет стены Часовни, что древние камни тают в нем, как колотый лед в теплом вине…
— Арт.… — снова позвал Дэн.
И вот огромные камни вновь затвердели, и сложенные из них стены вновь обрели реальность… но в той из них, что была обращена к нам, появились ворота…
— Дэни, — тихонько позвал я. — Ты видишь вход?
Он помолчал несколько мгновений, и лишь потом ответил:
— Нет. А ты, Арт?
— Я вижу, Дэн. Я пойду… один. А ты жди меня, хорошо, братишка?
Он снова помолчал, прежде чем ответить.
— Да. Я буду ждать тебя, Арт… Удачи!
И я вошел в Страшную Часовню.
Оказалось вдруг, что если смотреть на ее стены изнутри, то можно видеть пробитые в них высокие окна. Лунный свет падал из окон на пол Часовни, и я увидел груды сокровищ, сваленные у стен: здесь были изукрашенные камнями драгоценные чаши, великолепные мечи, венцы из золота и серебра, россыпи монет… У меня и мысли не было взять что-то из этих богатств, и все же я сразу почуял: прикоснись я к ним, и Дэни никогда меня не дождется, там, снаружи…
А среди всего этого на длинном отесанном камне лежало тело рыцаря. Я подошел ближе… и замер, пораженный увиденным.
Это был труп Логи из Свартбери, Черного Рыцаря.
Отрубленное вместе с частью горла плечо было кожаными ремнями притянуто к другой половине тела. Лоскут кольчуги, покрытый запекшейся кровью, отвалился в сторону вместе с кожаным подкольчужником, обнажая смертельную рану, нанесенную Белым Рыцарем…
Мертвые глаза его раскрылись, и они были чисты, без поволоки, как глаза живого человека. Он поднялся и сел на своем ложе.
— Я ждал тебя, сэр Арадар, — хрипло и очень медленно проговорил мертвец. — Тебе нужен мой кинжал?
— Да, — ничего более не смог я выдавить из себя.
Мертвец улыбнулся.
Мертвец опустил полуотрубленную руку к бедру и вытащил кинжал из ножен у пояса.
— Возьми, — сказал он, подавая кинжал мне — рукоятью вперед.
Не чувствуя, как ступаю, я сделал несколько шагов вперед. Протянул руку навстречу руке мертвеца. Он наклонился ко мне и вложил рукоять кинжала мне в руку. Кажется, я вздрогнул.
— Ты свободен, — сказал Черный Рыцарь.
Не поворачиваясь, я шагнул назад, к проему в стене. Потом сделал еще шаг. Мертвец смотрел на * меня, сохраняя на лице насмешливую улыбку. Мне показалось, что он чего-то ждет.
До свободы оставалось не более ярда. Я сделал * еще один шаг, по- прежнему не поворачиваясь к ложу спиной. И вдруг что-то — быть может, Сила? — заставило меня задать ему вопрос.
— Зачем ты это сделал, сэр Логи из Свартбери? Зачем ты ударил мальчишку?
Он вдруг засмеялся, почти беззвучно содрогаясь мертвым телом.
— Зачем? Зачем? Ты думал, Игра окончена, благородный сэр Арадар из Каэр-на-Вран? — он взглянул прямо мне в лицо, и мне показалось, что огонь очей Владыки Павших брызнул из глазниц мертвеца. — Я ударил мальчишку, чтобы у тебя, Рыцарь Дороги, был шанс прийти сюда и задать мне этот вопрос. Так слушай меня: здесь на Ульврвэге, начинаются Ничейные Земли… Ступай прочь!
Уже не думая более ни о чем, я развернулся и опрометью выскочил из Часовни в серебристый свет полной луны и пение цикад.
Дэни, мой друг и брат, бросился мне навстречу.
ГЛАВА 6
НИЧЕЙНЫЕ ЗЕМЛИ
По расщелине, выбитой в скальном обрыве едва заметным ручейком, мы спустились в туман, к воде, и по свету оставшегося в лодке фонаря отыскали людей Элейны. Они повставали со своих мест, встречая нас. Не вступая в лодку, я показал им кинжал.
— Был ли кто-либо из вас с леди в тот день, когда рыцарь-колдун нанес рану мальчику? — спросил я.
— Я был, — отвечал один из них.
— Это тот кинжал?
Он нагнулся над бортом лодки, чтобы лучше рассмотреть оружие, но так и не решился выйти на берег.
— Да, сэр, это именно тот кинжал. Благодарение богам…
