Я размахнулся и изо всех сил швырнул кинжал в Аверн. Плеснула вода, принимая в себя колдовское оружие, и снова все стихло.
— Благодарение богам, — повторил слуга.
— Скажите леди Элейне, что чары уничтожены, — велел я слугам. — И передайте ей нашу благодарность за гостеприимство, и еще — пожелание мальчику быстрее поправиться и вырасти славным рыцарем.
— Но почему, сэр? — удивились люди Элейны. — Разве вы не скажете ей сами?
— Нет, — сказал я. — Мы остаемся на острове.
— Ты что, Арт? — тихо воскликнул Дэни. — Зачем? Что случилось?
— Я объясню тебе, Дэн. Только давай сначала отпустим слуг, чтобы они могли обрадовать свою t госпожу.
— Ну… — Дэни пожал плечами, но спорить не стал.
— Но, господин, ведь это Ульврвэг… здесь опасно даже днем… это же страшное место, сэр…
Я усмехнулся.
— Я уже прошел через Страшную Часовню. Вряд ли здесь найдется что-нибудь еще более страшное. Отправляйтесь.
Они покачали головами, но не решились более спорить со мной и, оттолкнувшись от берега веслом, погребли к замку. Туман сразу же проглотил их, только фонарь на носу лодки виднелся сквозь туман как расплывчатое светлое пятно.
— В чем дело, Арт? — снова спросил Дэн.
— Дальше наш путь пройдет здесь, Дэни, на Ульврвэге, — сказал я.
— Как так? Арти, ведь в замке осталось все: и лошадь, и припасы…
— Наши мечи с нами, Дэн. А остальное… Мне кажется почему-то, что больше нам не пригодятся ни лошадь, ни припасы. — Я действительно чувствовал, что путь в Потаенный Замок близится к завершению…
— И куда мы пойдем на острове?.. — снова спросил Дэн.
Я помолчал, глядя на темный, сокрытый туманом, Аверн. Лодка удалялась от берега, и искорка фонаря быстро таяла в ночи.
— Мы уже в Ничейных Землях, Дэни.
Я рассказал ему о том, что произошло в Часовне.
Мы провели ту ночь прямо на берегу реки, разложив на песке маленький костерок из того хвороста, что удалось собрать в расщелинах береговых скал. Подниматься во тьме на плато, где стояла Страшная Часовня, не хотелось, и мы дождались восхода.
Поднявшееся солнце рассеяло ночную тьму, но не туман. Мне даже показалось, что он стал еще плотнее, когда мы начали подъем на плато. Мы не увидели Часовню, выйдя на каменистую крышу Ульврвэга: мы вообще ничего не увидели там, кроме белесого тумана вокруг и мелких обломков серого камня под ногами. Даже солнышко лишь едва-едва пробивалось мглистую серость, повисшую над островом…
…Вчера с северного берега Аверна остров выглядел совсем небольшим, теперь же показался огромным. Прикинув, в какой стороне может находиться запад, мы почти на ощупь оправились в путь, и шли несколько часов, прежде чем встретили первое деревце, а еще через несколько минут — небольшой ручеек. Здесь остановились мы отдохнуть.
Мы уселись на огибаемый ручьем валун. По- прежнему висел непроглядной мглой туман.
— Арти, — тихо сказал Дэн, — мне кажется, это уже не остров.
— Ничейные Земли… — проговорил я. — Да, Дэни, Ульврвэг — лишь начало дороги в Ничейных Землях. Мы уже покинули остров… Я не знаю, где мы сейчас. Но это — Дорога, Дэн. Большая Дорога…
Было отчего-то очень печально. Дэн, кивнув, нагнулся и зачерпнул из ручья воды.
— Не пей! — воскликнул я неожиданно для самого себя и ударил его по руке. Вода расплескалась.
— Ты что, Арт? — Дэн удивился.
— Не пей, — повторил я. — Мне кажется, здесь нельзя ни пить, ни есть. Ничейные Земли…
— Земли Сумрака… — кивнул Дэн. — Да, Арт, я слышал такие легенды. Не думал, что когда-нибудь ступлю на
Мы продолжили путь, немного передохнув. Земли Сумрака оставались сокрыты туманом; иногда мы с Дэном брались за руки, чтобы не потеряться в этом молоке. Пропало солнце, и мы брели, не зная точного направления, и замечая ход времени лишь по усталости, которой наливались ноги. Я чувствовал нарастающую печаль и тревогу, подобную предчувствию опасности в бою. Возможно, поэтому я не удивился, когда откуда-то из тумана донесся до нас отдаленный волчий вой.
— Нам предстоит драться, — сказал я.
Дэни кивнул. Мы остановились и обнажили мечи и кинжалы, встав спина к спине. Они напали внезапно, почти бесшумно вынырнув из тумана. Они не были волками.
— Гончие Владыки Павших! — воскликнул Дэн, перерубая плечо первому кинувшемуся с его стороны псу.
Они были белоснежны, и алые их уши стояли торчком. Глаза их горели, и клыки белели в волчьих оскалах пастей. И ни звука, лишь лязг собачьих челюстей и всхлипы крови в ранах, оставляемых сталью наших клинков…
Туман, казалось, звенел. Было видно, что нам не устоять. Я уже услышал раз, как вскрикнул у меня за спиной Дэн, но не обернулся, поняв, что он смог освободиться от хватки пса сам. Не прекращая работать клинком, я начал призывать Силу…
…И удивился, когда Сила пришла быстрее, чем обычно. Ее поток был так мощен, что я покачнулся, но сразу понял, в чем дело: Большая Дорога вела нас к обители Владыки Павших. Отца Живых. Того, Кто Ведет… Подателя Силы — таково было, четвертое имя этого бога…
