Через месяц свободно читал газеты. Видя это, Татьяна, мачеха, подсунула ему книгу Жюля Верна. Приключения захватили Леньку. Он забросил друзей, перестал хулиганить. В мыслях ходил по морям и океанам, как герои книг.
Однажды все-таки сорвался. Два железнодорожных моста охранял и ухаживал за путями дед Егоров. Семидесятилетний старик нещадно гонял пацанов, которые с «быков» прыгали в реку, лазили по балкам, обидно строили Егорову рожицы.
В тот сентябрьский день сторож после очередного озорства поймал Федьку Филатова. Деловито снял штаны с него и на виду детворы отшлепал по попе. Этого шпана простить не могла.
Под покровом ночи группа мальчишек и девчонок собралась на берегу реки у моста. На склоне рос картофель деда Егорова.
Ленька шепотом командовал:
– Крупную картошку кидайте в речку, маленькую – не трогайте, у старика есть поросята, еще подохнут без еды…
Монотонно зашуршала вырываемая ботва. Следом раздавались тихие всплески на реке. Вскоре все стихло. Участок стоял голый.
На следующий день Ленька получил от отца порцию ремня, а ребятишки Филатова – кнута.
Родители сбросились по десять рублей и отдали деньги несчастному старику.
В выходной день директор школы № 45, где учились наши герои, принимал группу фронтовиков-родителей. Уселись на крылечке, где дул теплый ветер, рядом пели птицы, за забором тявкал одинокий пес. Разговор начал Григорий:
– Владимир Петрович, мы пришли за помощью. У нас в поселке балластного карьера двенадцать ребятишек, здесь, на Золотой Сопке, не меньше пятидесяти. Хулиганят больно, и вы это отлично знаете. Надо что-то делать.
Многочасовая беседа принесла положительные результаты: мужики своими силами построят крольчатник голов на двести, а директор школы выбьет в гороно ставку пионервожатого. Он будет заниматься ребятней. Уход за животных ляжет на физрука Геннадия Алексеевича и некоторых мужчин-учителей. Их, к слову, было всего двое. Ведь война многих мужчин выкосила.
Крольчатник строили на уроках труда старшеклассники. Командовал и был главным плотником Иван Дикопольцев, дальний родственник Леньки. На Ивана нельзя было смотреть без содрогания: лицо изуродовано страшными шрамами, глаз не видно, тяжелые красные рубцы исполосовали все щеки и подбородок.
Иван женился на красавице Вере во время войны. Оба статные, красивые. Люди им завидовали и восхищались. Лучшей любящей пары в округе не сыскать.
В июне 1943 года Иван – он был помощником машиниста паровоза – доставлял из Челябинска на фронт танки. По дороге у них взорвался котел. Через шесть месяцев из госпиталя вышел урод. Окружающие на него смотрели и многие из жалости плакали.
Жена Вера терпела до конца войны, а потом не выдержала и загуляла с фронтовиками, которые возвращались домой.
Муж поколачивал жену, умолял, чтоб не уходила, перестала изменять. Все было бесполезно. Вера, плача, говорила бабам:
– Не могу я. Посмотрю на чудище и тошнит. А я молодая и хочу любви.
Шли годы. Обстановка не менялась. Вера стала еще краше, она полностью отделилась от мужа, хотя жили в одном доме. Иван свое горе топил в вине и работе.
Когда ему предложили возглавить работу на крольчатнике, мужчина согласился с большой радостью: у него была дочь, ученица этой же школы. Да и детей он искренне любил.
Работы шли споро. Ленька помогал своему родственнику послевоенные мальчишки умели делать все. И Ленька строгал доски, прибивал сетку, неуклюже мастерил кормушки. Крольчих и двух самцов купили на рынке в Троицке. Выбирали мясную породу: она была адаптирована к местному климату.
Весной появились первые крольчата. Радость у школьников зашкаливала. Ленька с друзьями на время перестали хулиганить, все свободные часы ухаживали за своими питомцами. Лидия Александровна, биолог, научила детей грамотно вести хозяйство. Главное в этом деле – чистота клеток и животных. Поэтому в хозяйстве никогда не было падежа.
От продажи кроликов и крольчатины руководство школы прикупило спортивный инвентарь. В буфете появились бесплатные булочки и чай.
Беда пришла неожиданно: повесился дядя Ваня Дикопольцев – не выдержал измены жены, не вынесло сердце жалостливых взглядов окружающих.
Хоронили дядю Ваню сотни односельчан. За гробом на самодельных колясках катились безногие фронтовики. Они плакали и пили горькую. Их жизнь была не лучше дяди-Ваниной, а может, еще горше.
Школьники печальную весть восприняли очень тяжело. Девчонки рыдали, мальчишки шептались: строили свой план, о котором никому ничего не говорили. На девятые сутки, когда взрослые поминали Ивана, у крольчатника появился щит с надписью: «Хозяйство имени Ивана Дикопольцева».
Родители не посмели убрать своеобразный памятник. Директор школы лишь произнес:
– Взрослеют наши дети.
Жизнь текла равномерно. Ленька учился в школе, сестра Люба подрастала, а братик Юра произносил первые слова.
