— Эх, программистская твоя душа! — заявил Свешников, усадил Виктора прямо на землю и прикрыл непромокаемым тентом от ливня, который никак не желал заканчиваться. — Как же ты важен для наших заокеанских друзей. Они, похоже, всю перуанскую армию подняли на поиски. Завтра, глядишь, и Бразилию на уши поставят. Ты береги себя, больше не изобретай никаких хитрых штуковин, а то нам придется опять тебя вытаскивать из какого-нибудь захолустья, едва твои поделки напакостят штатовцам или китайцам. — Капитан глянул вверх, где только что пронесся вертолет, опустил глаза и продолжил: — Или запускай эти штуковины при нормальной погоде, дабы мы в следующий раз не бродили по лесам под таким жутким ливнем. Так ведь и простудиться можно, заразу какую-нибудь подцепить. Всякое случается.
— Отстань от него, усатый! Он и так не рад, что спутник свой изобрел и пустил на орбиту, — заявила Андронова и вытянула уставшие ноги, косясь краем глаза на размытые огни поселка и перемещения военной техники, набитой отрядами солдат. — Теперь наш гений из России и носа не высунет до самой старости. Еще и внукам накажет.
— Нет, Наталья Максимовна, это ты зря. После первых десяти запоев он все страхи позабудет, водкой их из памяти вытравит и опять начнет америкосам пакостить. Сто пудов какой-нибудь еще более вредный сюрприз изобретет и запустит. Отомстит, так сказать. С лихвой. — Капитан немного подумал и добавил: — Да и Перу с Колумбией тоже перепадет. За, так сказать, моральный и физический ущерб.
Виктор вяло отмахнулся, потом проворчал, кутаясь в тент и ерзая на месте:
— Ну их на хрен! Я сюда больше ни ногой. Да и как им навредишь, этим перуанцам, если у них даже своих спутников нет?
— Запустят когда-нибудь.
— В ближайшие пятьдесят лет вряд ли. Не на что им. Очень уж дорогое это удовольствие.
Кузнецов скептически хмыкнул и проговорил:
— Не скажи, программист. Вот перуанцы тебя поймают и отдадут американцам. Те им по доброте душевной пару ненужных спутников подарят. Ракет списанных дадут с десяток. «Шаттл» потрепанный, цистерну прокисшего ракетного топлива. Глядишь, через несколько лет местные хлопцы будут гордо выпячивать грудь и орать, что вышли на уровень Америки по каким-нибудь важнейшим техническим показателям. В страну деньги потекут от инвесторов. Перуанцы дороги построят, космодромы, заводы, прочее. — Кузнецов хохотнул и добавил: — А тебе, программист, в Лиме на центральной площади памятник поставят. Скорее всего он будет выполнен в виде позолоченного компьютера. На постаменте же станет красоваться примерно такой текст: «От программистов тоже есть польза. Совершенно не важно, откуда они родом».
Виктор тяжело вздохнул, но благоразумно промолчал.
В этот момент Батяня вскинул руку, прислушался и известил личный состав громким шепотом:
— Сюда идут!
Через десять секунд на пригорке уже никого не было. Раздалось лишь несколько приглушенных всплесков и придушенный стон программиста, коего, как и всегда, Свешников сдернул с места без всякого предупреждения.
Показалась цепочка солдат. Они шли не равномерно, выбирали сухие места, фонари использовали лишь для того, чтобы светить себе под ноги. С такими вот поисковиками перуанские власти точно никого не найдут, пусть даже поднимут на ноги всю свою армию. Солдаты кутались в непромокаемые плащи, грозно матерились, проклинали непогоду, начальство, службу и неуловимых русских. Некоторые заметно пошатывались. Они на ходу употребляли горячительное.
Когда шаги и проклятия стихли, десантники покинули свои укрытия и вновь собрались на прежнем месте. Они знали, что теперь тут никто не появится еще как минимум час. Можно спокойно продолжить отдых, прерванный солдатами.
Майор Лавров долго смотрел в ту сторону, куда они ушли, потом презрительно сплюнул и сказал:
— Эх и вояки! Я бы таких гонял до седьмого пота каждый день. Они у меня не вылезали бы с учений до самого дембеля.
— Вот и хорошо, что ты их не гонял, Андрей. — Старший лейтенант Андронова устало улыбнулась. — Иначе они дали бы нам жару.
— Сеньор генерал, только что обнаружен спящий мужчина, привязанный к дереву, — бодро отрапортовал дежурный офицер, откинув полог палатки. — При нем найден разряженный спутниковый телефон, идентифицированный как тот самый, с которого нам сообщались сведения о передвижениях русских.
Генерал поднялся, подошел к офицеру и спросил:
— Где он?
— Его поместили в полевой госпиталь, пытаются разбудить и допросить, но снотворное не поддается распознаванию. Медики разводят руками. Они не в силах ничего сделать. Говорят, что будить бесполезно, остается только ждать.
Мартинес тяжело вздохнул. Он не понимал, почему русские оставили этого хмыря в живых, не стали его убивать, просто накачали снотворным и привязали к дереву. В том, что это сделали именно неуловимые спецназовцы, у генерала никаких сомнений не было. Они выследили наводчика и взяли в плен. А теперь попробуй разбудить! Его наверняка укололи конкретным препаратом, под действием которого люди спят больше суток.
Генерал посверлил офицера тяжелым взглядом и поинтересовался:
— Где его обнаружили?
